Лорд Дарк: Наемник. Ученик. Колдун. Всадник (сборник)

Утро больно ударило по опухшему лицу солнечными лучами. Последнее время я все чаще просыпался, чувствуя, как саднит разбитая кожа на лице. Сколько я себя помню, меня всегда выбирали на роль «мальчика для битья» все местные ребята. В основном это происходило потому, что я был сиротой и заступиться за меня было некому. Слишком рано мне пришлось стать полностью самостоятельным. Родители умерли, когда мне не было еще и пяти лет. Соседи сначала хотели все наше имущество разделить, а меня пристроить к кому-нибудь приемышем, но внезапно для всех я уперся и заявил, что никуда не пойду из своего дома и жить буду сам. Взрослые и наш герцог только покачали головой, но делать ничего не стали, рассудив, что после первой зимы я сам попрошусь к кому-нибудь под бок и все решится само собой. Несмотря ни на что, я пережил и первую зиму, и вторую. Работал наравне со взрослыми в поле, обрабатывал свой небольшой сад и ходил в лес, на охоту, запасая себе на зиму вяленое мясо. Все остальное время я старался заниматься, так как Гордин, маг нашего герцога Красса ар’Сарегоса, всегда втолковывал нам на занятиях по чистописанию, что добиться в жизни чего-то можно, только если в голове есть знания. Вот и получалось, что все свое время я тратил не на игры, как мои сверстники, а на чтение книг и занятия по рукопашному бою. Большинство приемов мне приходилось перенимать, глядя на занятия гвардии герцога Красса. Только с учетом того, что у меня не было оружия и все приемы я перекладывал на использование невооруженным. Так как своих книг у меня не было, то все, что я читал, я брал в библиотеке замка герцога. К счастью, Гордин только радовался, видя, с каким рвением я слушаю его на занятиях и тянусь к новым знаниям. Поэтому давал мне читать все книги подряд: описывающие историю, экономику, особенности рас, населявших наш мир (о том, что наш мир не является единственным, нам рассказали еще в первый год обучения в школе), и многое другое. Однако если с учебой все было хорошо, то с друзьями и просто нормальными отношениями с окружающими все было наоборот. Если сказать проще, друзей у меня не было. А все остальные, узнавая, что я сирота, стремились еще и ткнуть меня в это носом. Поэтому мне пришлось привыкать к постоянному одиночеству. Единственный, кого я мог назвать своим другом, – был Гордин. Он один всегда был готов выслушать меня и помочь – словом или делом. Но жаловаться я к нему не бегал никогда. Отец у меня был гвардейцем и от разных слабостей, таких как ябедничество, отучил довольно скоро. Поэтому, даже если меня били другие мальчишки, я никогда никому не говорил об этом.

В последнее время у меня появилась еще одна проблема. Дочь герцога, Кевира ар’Сарегос, перешла на обучение в общую школу (по словам ее отца и сотника Агазара, «чтобы дома все могли немного отдохнуть от этой занозы»). Несмотря на свой молодой возраст, Кевира была настоящей дочерью своих родителей. Унаследовав красоту матери, она получила от отца глаза изумрудного цвета и властный характер. Несмотря на то что она и так могла всем приказывать, Кевира не делала этого и с радостью участвовала во всех проказах сверстников, очень быстро выбившись в лидеры и получив, помимо подчинения, еще и уважение всех вокруг. К несчастью для меня, объектом ее шуток в последнее время стал все чаще становиться я. Хотя надо отдать ей должное, используя свое влияние на всех остальных, она никогда не допускала, чтобы меня били или унижали при ней. Поэтому, когда ее не было рядом, все старались отыграться на мне по полной. После очередной такой «расплаты» я лежал сейчас дома на кровати. Все тело болело просто несказанно, но, несмотря на это, я проснулся и пошел умываться. В школу сегодня лучше было не ходить. Нового я там ничего не узнаю, а вот увидев меня, Кевира вполне могла устроить допрос всем остальным с целью дознаться, кто это сделал. Обычно она после таких выходок своих «подчиненных» устраивала им прилюдный разнос, а некоторым (особенно ярым) даже отвешивала – подзатыльники и отправляла ко мне для извинений. Мне от этого легче не становилось, а вот потом приходилось пару дней прятаться от доброжелателей, которые хотели поквитаться со мной за перенесенное унижение. Посмотрев на свое отражение в воде, я понял, что, скорее всего, в школу не стоит ходить пару дней. Раньше такие синяки точно не рассосутся. Левый глаз полностью заплыл, а под правым набухал просто огромный синяк.

Решив для себя, что делать мне в школе и вообще в деревне нечего, я быстро умылся, сделал зарядку и, подхватив свою походную сумку и короткий лук, отправился в лес с целью поохотиться и продолжить тренировки по изучению искусства рукопашной борьбы.