Логовище дракоптицы (сборник, том 2)

По безграничным пределам межзвездного пространства летел со скоростью света золотистый корабль. Ведомый межзвездной сетью подпространственных маяков, корабль безошибочно направлялся к месту назначения. При обычных условиях золотистая игла за сутки пролетела бы шестьдесят тысяч световых лет, управляемая автопилотом, ведущим ее по сигналам маяков.

Но даже лучшие системы могут дать сбой. Курс корабля был проложен мимо нестабильного солнца, которое вот-вот собиралось превратиться в Сверхновую.

Любые аварии вызываются совпадениями, когда что-то оказывается не в том месте не в то время: морской корабль сталкивается с айсбергом, автомобиль — с коровой, а самолет таранит честолюбивого орла, забравшегося слишком высоко. Результат всегда имеет катастрофические последствия.

Именно в тот момент, когда корабль подлетел к нестабильной звезде, она решила взорваться, начав ужасающе быстро расширяться, извергая в окружающее пространство такую фантастическую прорву энергии, что выход излучения был равен сотне тысяч нормальных светил. И от распухающего ядра этой звезды начали отходить плотные, состоящие из плазмы слои поверхности, словно простые туманные оболочки. Температура их была такова, что по сравнению с ней центр взрыва водородной бомбы казался бы холодным. Иссиня-белые раскаленные оболочки на огромной скорости полетели в пространство, уничтожая любые материальные объекты на своем пути. Звезда уже не была просто звездой — она превратилась в Сверхновую.

Золотистый космический корабль пролетал слишком далеко, чтобы получить повреждения от этого колоссального взрыва, его не затронули пучки невероятно горячих газов, но все же он пострадал от потоков энергии, льющейся из взрывающегося ядра Сверхновой звезды. И этот взрыв имел далеко идущие последствия. Подпространственные маяки, держащие корабль своими лучами на курсе, были совершенно заглушены излучением взорвавшегося солнца. Это было так, словно железнодорожный поезд внезапно сошел с рельсов. Космический корабль сошел с курса, и не было подпространственных маяков, которые могли бы вернуть его обратно, поэтому он полетел куда глаза глядят.

Потерявшееся и не знающее куда летит, золотистое судно продолжало пронзать космос. И в конце концов, прежде чем автоматы корабля пришли в себя и смогли бы предотвратить катастрофу, перед ним возникла другая звезда. Корабль стал резко тормозить, автоматически ища место для посадки. Это заняло какое-то время, но в конечном итоге автоматы нашли планету — третью от желтого карликового солнца.

Корабль и направился к ней, ища место для приземления.

Дженис Хэдли сняла купальную шапочку и помотала головой, подставляя темно-каштановые волосы теплому тихоокеанскому бризу.

— Единственная проблема после купания в океане в том, — сказала она, — что соль высыхает, и от нее зудит кожа.

Дэниэл Торн, энергично растираясь большим красно-белым пляжным полотенцем, усмехнулся, глядя на нее.

— Да, — согласился он, — но это приятный зуд.

— Фу! — сказала в ответ девушка.

Она подняла лицо, глядя на безоблачное калифорнийское небо, и широко распахнула руки, наслаждаясь нежностью мягкого ветерка и теплым вечерним солнцем.

Маленький пляж был коротким, простираясь не более чем на сотню шагов между высокими скалистыми утесами, окружающими его с обеих сторон. Тут всегда было полное уединение, и Дженис с детства любила это место. Это был ее персональный пляж, единственное имущество, доставшееся ей от отца, за пределами Арборвилля. Личный приют.

Дэн Торн был сильным мужчиной среднего роста, с телом, напоминающим тело Тарзана, и красивым лицом, заставляющим думать о кинозвездах, но сам Дэн не задавался, потому что всегда точно знал, кто он такой. Дэниэл Торн был мужчиной того же типа, что Берт Ланкастер и Стюарт Грейнджер.

Закончив вытираться, он бросил Дженис пляжное полотенце.

— Открывай корзинку с ленчем, девчонка. Я голоден.

— Еда, выходи, — улыбаясь, сказала Дженис.

Она опустилась на колени, открыла большую плетеную корзину и начала рыться внутри. Из корзины появились сэндвичи, миска картофельного салата и банка с маленькими солеными огурчиками.

— А где у нас чай со льдом? — спросила она. — Ты что, не положил термос?

Дэн чуть нахмурился.