Я попал в ЛитРПГ-3, или как подчинить суккуба

Я видел всякое дерьмо.

Пытки и казни. Зверские убийства. Осажденный бесами город.

Но впервые лицезрел, как цветущий плодородный край за считанные секунды превращается в гниющую пустыню. Как жухнет трава, увядают посевы и опадают листья, будто время ускорилось в тысячу раз. Как закипевшая река выходит из берегов, слизывая пузырящимися волнами деревни и хутора. Как озеро набухает мутным пузырем выше облаков, как если бы на дне подорвали ядерный заряд. Как солнце мерцает стробоскопом, краски блекнут, а небесная лазурь крошится сереющими пикселями.

Пузырь лопнул, исторгнув серу и пепел. Гейзеры лавы превратили сумрак в яркий летний закат. И грянул гром, кольцами дрожи перепахавший землю на километры вокруг. Последнее, что помню — наш с Хирой плот подбросило на высоту нескольких этажей, и на пике невесомости тьма вонзилась в разум, прежде чем тело окунулось в зловонный, смешанный с илом и грязью кипяток.

И тьма заговорила.

Снова.

Первая глава... Не шедевр, да. Но весьма достойно. Немного редактуры — и выйдет не хуже пролога. Как бы то ни было, твоя история — одна из лучших. Продолжай доставлять, и нас ждут великие свершения. Только представь — текст, который не по силам создать никому из живущих...

Голос стих столь же внезапно, как и зазвучал в голове. Ему на смену пришла звенящая тишина и холод, разбудившие быстрее соседа с перфоратором. Не без труда разлепил веки и осмотрелся: одежда в порядке, сумка на месте, расколотые бревна с разваренной, размочаленной корой застряли в кроне мертвого уродливого дуба с разлапистыми ветвями и толстыми сучьями.

Точно такие же деревья окружали со всех сторон, пространство меж стволами застилало непроглядное марево, по корням змеились щупальца густого тумана, а ковер опавшей листвы наполнял воздух приторно-прелым запахом. Поздняя осень. Холод и сырость. Тлен.

Не успел встать, как напротив разверзся пламенный пентакль, и прямиком из-под земли выросла Хира, крутясь винтом и протяжно зевая. Выгнулась дугой под хруст суставов, зябко встряхнулась и проворчала:

— О, эта сладкая свобода... Порталы, Тьма... будто заново родилась.

— Макар и Валька... — рывком выпрямился и коснулся ближайшего дуба, борясь с накатившим головокружением. — Что с ними?

— Не знаю, — суккуба принялась шагать по обломку ветровала, как по степу. — Но жизненные сигнатуры на удивление стабильны. Думаю, их занесло в другую локацию.

— А нас... — откашлялся и подавил приступ желчной рвоты, — куда занесло?

— Графство... — демоница оставила степ и приступила к мельнице, нагнувшись и касаясь копыт вытянутыми руками, — Парамор... Обожаю это место. Но тебе вряд ли понравится. Слишком много нечисти... ух... А после прорыва и того больше.

На всякий случай проверил браслет — закономерный ноль делений. И даже вид наклонившейся и потряхивающей упругими формами подруги ситуацию не изменил — после пережитого в Эльфере, а особенно в Эль-Тиране темная энергия ни в какую не хотела наполнять фиал, хотя по логике, должна течь ручьем. Не тот класс мне выдали, ох, не тот.

Мама, я только что убил человека. Запустил в него сгустком раскаленного газа, разорвал внутренности в кашу и обрек на медленную мучительную смерть. Да, это самооборона, но оправдание такое себе — сгодится на суде присяжных, но бесполезно на суде совести. Потому и предпочитаю всякую ммо-шную мультяшную фэнтезятину, потому что там если и приходилось убивать людей, то исключительно карикатурными способами, не идущими ни в какое сравнение с теми же шутерами от первого лица. Думаете, проблема в том, что я затворник и задрот? Да хрен там.

Почитайте любые интервью с ветеранами спецназа — даже оперативники, годами проходившие подготовку в условиях, приближенных к боевым, далеко не сразу находили силы и мужество пристрелить сородича. Пусть врага, пусть бандита, пусть террориста — неважно. Большинство нарочито стреляли в «молоко» — задокументированный факт. Только отморозки и психопаты мочат всех налево и направо и ничего при том не чувствуют. Мне же пришлось забрать чужую жизнь — быстро и хладнокровно. Да, предателя и подонка, да, напавшего и ранившего первым, но на душе ничуть не легче.

— Эй! — Хира подошла и положила ладони на плечи. — Расслабься, герой. Все ровно.

Оттолкнул ее — не из злобы, а от нежелания исторгнуть на красавицу содержимое желудка. Резко обернулся, ткнулся лбом во влажную кору и долго и часто дышал, приводя мысли в порядок и укрощая рвущуюся наружу желчь. Скорее всего, не справился бы, если бы не услышал краем уха далекий нарастающий шум — стук копыт, скрежет рессор, скрип колес.