Лисса: Сокровища Древних (СИ)

Голова у Лиссы болела нещадно. Как будто в ней колотились тысяча маленьких молоточков. Хотелось сжать голову руками, засунуть ее под ледяную воду или просто потерять на время, хотелось сделать хоть что-нибудь, чтобы прекратить эту пытку. Лисса попыталась поднять руку к виску. Странно, но рука, казалось, весила тонну. Девушка приоткрыла глаза, окончательно стряхивая с себя лохмотья дурного сна. Огляделась вокруг. Похоже, ее кошмар материализовался, или она продолжает спать?

Она сидела, прислонившись к стене. Длинная цепь змеилась вокруг нее, сковывая ей руки. Рядом притулились собратья по несчастью. Насколько Лиссе позволял обзор, справа и слева от нее сидели люди, много людей, мужчины, женщины, подростки. Тут были и уроженцы системы Феерла с отливающей зеленым цветом кожей, жители планеты Грок, с хоботоподобными носами и много много других, привезенных сюда из разных мест. Из каких именно девушка даже не могла определить.

Помещение, в котором они находились, было огромно. Посередине серой змеей ползла транспортная лента. Пока она была пуста. Рядом с ней прохаживались вооруженные бластерами охранники, равнодушными взглядами скользя по живому товару.

По ту сторону от ленты сидели такие же несчастные пленники. Кто-то еще не очнулся. Кто-то пытался наладить контакт с соседями, преодолевая языковой барьер. Не все знали общепланетарный язык, хотя он и входил в школьную программу в большинстве развитых систем. Но видимо, здесь было много жителей окраинных планет, таких же, как и Лисса.

Ей самой повезло. Ее отец подрабатывал в единственном космопорте планеты, и руководство оплатило ему гипно курс языка, ну а он, в свою очередь, смог обучить общепланетарному свою единственную дочь.

При мысли об отце, губы у Лиссы задрожали, а в глазах повисла серая муть. Она смутно помнила нападение на их домик в горах, где они привыкли проводить отпуск вдвоем. Мать умерла, когда Лисси была совсем крошкой, и ее воспитывал отец. Он и бросился на захватчиков, не ожидавших встретить сопротивление. Девушку пробила крупная дрожь. Крик отца заново зазвучал в ее ушах, а внутренний голос уже нашептывал, что она помнит последние минуты его жизни и не стоит питать иллюзий по этому поводу. После выстрела в упор не выживают.

Пока она предавалась скорби, охранники оживились, подтянулись и зорче стали посматривать по сторонам. Но общаться между собой пленникам не мешали. Точнее они даже не считали нужным обращать на это внимание, относясь к ним, скорее как к животным, чем как к живым людям. Не бегают, сидят на месте и хорошо. А вот показался и тот, ради которого охранники изображали повышенное рвение. С потолка, на круглой колонне, опустился толстощекий розовый человечек. Он был круглым, причем везде. Круглая лысая голова, круглый нос, щеки, колыхающееся под длинной желтой хламидой брюшко с висящим на боку бластером, и неприятно бегающие по сторонам круглые глазки. Охранник, подобострастно согнувшись, поприветствовал круглого. Тот небрежно кивнул в ответ, вгрызаясь взглядом в ближайших пленников.

Тех, по одному, стали расковывать и подводить к нему. Жрец, а судя по одежде, это был служитель какого-то культа, производил пару пассов руками, внимательно вглядывался в лицо стоящего перед ним человека, словно силясь разглядеть в нем нечто особенное, потом звучала певучая фраза, и пленник, пошатываясь, опускался на пол. Оттуда его поднимал охранник, что-то повелительно произносил, и несчастный молча подчинялся, сам вступал на ленту, и позволял ей увозить его на другой конец зала. Куда вела лента дальше, Лисса не знала, да и не жаждала узнать.

Когда первый несчастный проехал мимо нее, Лисса решила, что ей показалось. Но нет, второй, третий. Все они с потухшими глазами, безразлично-покорным выражением лица, словно манекены из магазина ехали мимо приходящих все в больший ужас людей, ожидающих своей очереди. Это уже были куклы, с вынутой из них душой, готовые подчиняться любому приказу своего хозяина.

Напряжение нарастало. Вот не выдержал следующий пленник. Оттолкнув охранника, он диким зайцем помчался по залу. Сразу с нескольких сторон по нему ударили белые лучи бластеров. Невыносимо сладко запахло паленым мясом. Лисса судорожно сглотнула тошноту. Больше смельчаком не было. Хотя, ее сосед слева явно готовился продать свою жизнь подороже. Его осторожные переглядывания с другими пленниками не остались незамеченными девушкой. Хотя… шансов на освобождение она не видела.

Жрец подходил к ней все ближе и ближе. Все короче становилась очередь сидящих между ней и смертью людей. В том, что жрец отнимал жизнь, Лисса не сомневалась. Какая может быть жизнь без души? «Душа, дочка, самое ценное, что у тебя есть», — поучал ее отец.

— Прости, папа, — прошептала, сглатывая слезы, Лисса, — я подвела тебя. Твоя дочь — плохой боец.

Слезы застилали глаза, и Лисса моргнула несколько раз, чтобы их стряхнуть. Она встретит смерть с гордо поднятой головой, презрительно глядя в глаза своего врага.