Леонид

Несколько дней стояла жаркая июльская погода. Оставляя следы за собой, то засуху, то пыль, оседавшую на дорогах. Пока не пошёл дождь, что сейчас капает за окном, насыщая воздух вокруг. Делая дороги блестящими и влажными. Всё выглядит по-другому. Весь мир вокруг будто преобразился. Даже птицы щебечут громче, радуясь этому. Жаль, что мне не так радостно, как детям моего возраста. Весна и лето самая тяжёлая пора для меня. В эти времена года. Мне тяжело дышать, поэтому приходиться по несколько месяцев лежать в больнице, в отделении пульмонологии.

Не самое лучшее время провождения каникул. Хоть блокнот с ручкой есть, куда я записываю мысли что мне приходят в голову оставляя свой след на бумаге. С минуты на минуту зайдёт медсестра что должна меня отвести к врачу, который скажет мне новость. Вряд ли она будет хорошей, но мне хочется надеяться на это. В свои четырнадцать лет, не хочется умирать. Даже вспомнились такие строки, что пел Виктор Цой:

А без музыки на миру смерть не красна

А без музыки не хочется пропадать.

Я могу перечислить множество строк из песен что подходят для данной ситуации или как мне нравится говорить ситуэшен. Мне хочется, чтоб помнили меня, а не о том чем увлекаюсь. Хоть не являюсь выдающейся личностью, но всё-таки индивид.

– Доброе утро, Леонид. Я за тобой пришла… – Произнесла медсестра, вошедшая в его палату.

– Да, хорошо. – Ответил он, Марине Анатольевне. Так было вышито красной нитью на её белом халате.

После чего поставил точку в тетради, в конце выше написанных слов. Затем закрыл её, убрав под подушку, чтоб никто не знал о его мыслях.

Она шла впереди, он позади неё.

– Как ваше самочувствие?

– Если бы не дождь, то не дышалось, так легко и свежо.

– Это хорошо. Когда зайдёте в кабинет, то не забудьте задать все вас интересующие вопросы. Он, единственный кто знает о вашем случаи больше о стальных.

– Ага, мне не много страшно…

– А ты не бойся. Мы уже пришли. – Сказала она, указывая правой рукой на белую дверь с номерной табличкой 128.

– Как я понимаю мне сюда…

Сделал вид что не понимает, её указания.

– Не прикидывайся. Я понимаю, какой у тебя страх внутри.

– Ага, как же…

– Я раньше боялась, людей в белых халатах, теперь являюсь одним из них. – Пыталась пошутить, чтоб убрать эту тревожность.

– Фух, вперёд. – Махнул ладонью руки, перед лицом сверху вниз, показывая, что снимает невидимую маску.

Сделал небольшой шаг к двери. Вяло поднял руку, зажав её в кулак и постучал по ней. После чего медсестра Марина Анатольевна, ушла из поле вида.

– Хм… она деревянная? Мне показалось что это дверь из пластика.

– Входите. – Послышался глубокий, тяжёлый монотонный голос.

– Здравствуйте. – По его телу пробежала дрожь. Кожа стала похожа на пупырчатую плёнку.

– Проходи. Присаживайся куда тебе будет удобно.

Кабинет этого врача был просторным, по обеим сторонам комнаты стояли шкафы, один полностью забит папками, другой книгами. По середине кабинета, естественно стоял большой Т – образный стол, выполненный из металлического материала. Рядом с ним стояло восемь стульев. Судя поэтому можно было предположить. Что именно здесь проходят все врачебные консилиумы – собрание врачей, где они решают важные вопросы о жизни пациентов. За спиной этого врача было окно в полный рост, проще говоря панорамным. Сверху виднелись заправленные жалюзи, которые предположительно достигали пола в развёрнутом состоянии.

Когда пациента вызывает заведующий отделением, то всё это становится не важным. Мир для тебя уже сер, только белая и чёрная полоса делает его более-менее цветным, напоминая старый фильм.

– Если хочется леденец, бери. Я специально перед твоим приходом выложил их в чашку. Потому что знаю, какой страх у тебя внутри. Всё это из-за взрослых, что любят тянуть резину. Мы в этом конечно не виноваты, каждое наше слово взвешено и обдумано, не же ли у вас подростков…

Теперь кроме мурашек, на теле выступили капли пота. Давая понять им двоим, что он нервничает. Протянул руку, ухватив кресло, отодвинул его чтоб присесть за стол, продолжая слушать каждое слово этого врача.

– Я рад что ты решил присесть. Мало кто соглашается. Обычно все слушают стоя у двери. Боясь потерять контроль над ситуацией в разговоре. Мне кажется это глупо.

Он перевёл свой взгляд от окна, в которое смотрел больше полу часа наблюдая за тем что происходит на улице. Теперь он сел в рабочее кресло, положив руки на стол и широко улыбнулся, смотря на Леонида. Ему чувствовалось, напряжение или волнение между ними.

– Извините, как вас зовут? То на вашей двери, лишь табличка с номером 128.

Врач рассмеялся.

– Меня зовут Аркадий Валерьевич. – Ответил он, на его вопрос. Смотря куда-то вдаль. Будто забыл своё имя, и память выдало его машинально. Он, пытался его уловить на своих губах чтоб сохранить в памяти.