Ленинград-43

Сегодня, 16 ноября 1943 года, в СССР впервые в мире запущен атомный реактор.

Только не появится это сообщение в газетах. Даже здесь очень мало кому известно, что происходит на секретном объекте, официально именуемом «минно-торпедный арсенал номер два», за высоким забором, охраняемым бдительными бойцами НКВД. Такой пока наш, советский Лос-Аламос — однако же, первыми оказались мы! У американцев после провала того эксперимента под чикагским стадионом (в иной истории завершившегося успешно) ну просто косяком пошли неудачи. Еще несколько аварий, в том числе с пожаром, с жертвами, и все — с материальным ущербом. Явно неудачный результат экспериментов. И наконец, когда американцы резко ужесточили меры безопасности — кампания «черного пиара» в самой свободной и демократической американской прессе. Неужели «независимые» журналисты и в самом деле существуют — я-то был уверен, что это миф?

— Не существуют, конечно! — ответил наш «жандарм», товарищ комиссар ГБ третьего ранга Кириллов — но ведь и зависимые, от кого? Если например, нефтяным баронам кинуть слух, что с развитием атомных дел их прибыли резко упадут? Как закинуть — это, простите, чисто технический вопрос. А дальше уже — все само пошло, мы лишь изредка маслица подливали.

Да уж! Если верить нашей информации, в США пошла мощная волна, подкрепленная неудачами экспериментов, что казенные деньги тратятся неизвестно на что, и это вообще, грандиозная афера! Вы, яйцеголовые, можете дать гарантию, что будет результат? Ах, не можете — что значит, нерешенные проблемы? А если их вообще не удастся решить, и во сколько это обойдется? Причем это не только шум в газетах, но и разговоры в кулуарах очень даже влиятельных людей. Конечно, надеяться что атомная программа будет закрыта, будет слишком оптимистично — но уж точно, от такого не ускорится!

А уж слух что в действительности яйцеголовые делают там некий «белый радий», который по сути, эликсир бессмертия — это вообще, шедевр, интересно, тоже наши запустили, или кто-то там сам додумался? Уже несколько лиц, причастных к «Манхеттену», или члены их семей, были похищены гагстерами, требовавшими «принести им хоть грамм этого радия». Конечно, это были совсем мелкие фигуры, или субподрядчики — но можно предположить, сколько головной боли это прибавило генералу Гровсу и безопасникам, вынужденным приставлять охрану решительно ко всем занятым в проекте?

Ну а мы тихо, незаметно, копали. То есть двигались вперед, пользуясь информацией, которую мы принесли из 2012 года. Реактор был практически копией того, что был запущен в нашей истории в декабре 1946 — семиметровый шар из графитовых блоков, с урановыми стержнями. Кстати, совершенно неправильно называть одним и тем же словом этот, пока еще экспериментальный стенд, предназначенный для получении опытных данных о физических процессах и управлении ими в настоящем реакторе — и ту машину, которая после встанет на электростанцию или на корабль. Но у американцев пока нет и этого, как нет и информации, принесенной нами «из будущего». А значит, появляется реальный шанс их опередить!

В этот день я поверил, что Бомбу нам удастся взорвать раньше американцев. А значит, «атомного шантажа» СССР не будет.

— Вашими бы устами… — покачал головой Кириллов — точное оборудование мы, к сожалению, пока вынуждены покупать у них. Как товарищ Доллежаль ни старается, фактически с нуля новую отрасль промышленности создать, что-то уже у него получается, кое-чем мы сами себя обеспечиваем — но далеко не всем. Рано пока нам с союзниками ссориться, мы не все еще от них взяли. И вот тут ваша легенда про «фтороход» очень пришлась к месту — американцы верят, что химическое оборудование, что мы у них заказали, это для выработки реагентов для вашего корабля. А вот когда поймут и перекроют… Нам, как в песне, «лишь бы еще год простоять, и еще год продержаться», дальше уже будет полегче. Кончится наконец эта война — и можем ресурсов выделить побольше.

Да, а миллионам наших людей с разоренных территорий еще годы в землянках жить, «по воле антинародного сталинского режима»? Вот только Анечкины слова не забуду, «всем колбаса досыта — а после нас завоюют и в концлагеря». Поверили однажды в дружбу мирового капитализма, с человеческим лицом — и что вышло? Никогда и ничьим искренним другом они быть не могут, по определению, своему же собственному, «человек человеку — конкурент».

Так что, простите нас, те, по кому война прокатилась. Долг наш, и помощь вам — это чтобы Бомбу и атомный флот удалось создать и быстрее, и дешевле. Чтобы никто не посмел двадцать второе июня повторить. Главное сейчас, чтобы никто извне нам не помешал, после и до внутреннего обустройства руки дойдут.