Лемуры

1.

В уютном приморском городке Фишхаузен июльским утром 1865 года в семье Георга и Ханны родился мальчик, которому дали имя Клеменс. Фрау Ханна ждала девочку и по причине своего суеверия соблюдала специальные обряды. Накануне родов женщина хватилась пропажи фамильного амулета и страшно расстроилась по этому поводу. Она обратилась к знакомой гадалке, и та предсказала ей страшное, что ничего не сбудется, а ребёнок принесёт семье одни беды. Фрау Ханну охватил ужас, и, возможно, от волнения ребёночек родился раньше времени и получился, по словам акушерки, беспокойным и крикливым. Мальчик оказался вторым в семье, младше своего брата Отто на четыре года.

Георг, муж Ханны, считался лучшим адвокатом на всю округу и имел знатную клиентуру. Большую часть жизни Георг прожил в Кёнигсберге, но лет десять назад, унаследовав состояние родителей, переехал в Фишхаузен и открыл собственное дело. Чтобы заполучить влиятельную клиентуру, Георгу даже пришлось перейти из католичества в лютеранство, которого придерживалась вся городская знать Фишхаузена. Там же по рекомендации пастора адвокат обратил внимание на ничем не примечательную девушку Ханну, которой давно пришла пора выходить замуж. Потенциальных женихов отпугивала её невыразительная внешность, действительно, Ханна мало походила на красавицу. Кроме того, девушка обладала непростым характером: замкнутым и недоверчивым, а главное, как полагали многие, – за неё не предлагали большого приданого. Ханна рано осталась без родителей и находилась на попечении старой тётки – владелицы небольшого доходного дома фрау Августы. Вероятно, во многом именно от неё, особы нелюдимой и суеверной, передался характер Ханне.

Георг несколько раз встречал племянницу фрау Августы, но не обращал на девушку особого внимания. Однако пастор уверил адвоката, что за кажущейся скромностью девушки, её худым, бледным и прыщавым личиком скрывается истинная добродетель, а также рассказал про значительное приданое, которое, вопреки мнению окружающих, имелось за Ханной. Георг поверил настоятелю и не прогадал. Фрау Августа дала за воспитанницей приличный капитал, как оказалось, сохранённый после смерти её родителей. Тётка не только сберегла завещанное девушке, но и приумножила приданое. Затем долго не стала собираться и без лишних хлопот отправилась в лучший мир, добавив к наследству Ханны свой доходный дом и немалые сбережения.

Выгодно женившись, Георг купил в самом центре города, недалеко от крепости, большой дом. Фасад строения искусные мастера из Кёнигсберга украсили барельефом, на котором изобразили сцену правосудия Древней Греции: дело Ореста на процессе ареопага. Дом стал украшением Фишхаузена. На барельефе Эринии получились яркими и выразительными, а Аполлон – строгим и надменным. В такой дом почитали за честь наносить визиты самые уважаемые и влиятельные жители города.

Клиентура адвоката расширилась, в том числе не без помощи пастора, и даже вышла за пределы маленького Фишхаузена, так что вести свои дела Георг нередко уезжал в соседние Пиллау и Кёнигсберг. Благодаря трудолюбию и незаурядным способностям адвокат снискал славу успешного юриста в глазах судовладельцев и промышленников, крупных торговцев и аристократов.

Ханна, помимо того что своим капиталом помогла мужу укрепиться, стала заботливой женой и хорошей хозяйкой в доме. К весомому числу её достоинств прибавилась покорность.

Адвокат обрадовался прибавлению в семействе, полагая, что сыновья, когда подрастут, станут его ближайшими помощниками и продолжат семейное дело. И вправду Отто рос прилежным мальчиком и во всём подражал отцу и даже внешне походил на него, точно молодая копия. Спокойный, рассудительный, несколько флегматичный Отто отличался хорошим правописанием и внимательностью. Вдобавок ко всему природа одарила старшего сына отличной памятью, что так важно для знания законов. Окружающие подмечали, что со временем из Отто получится хороший юрист, такой же, как и отец. Когда старший сын достиг юношеского возраста, отец начал поручать ему небольшие самостоятельные дела. Георг и Отто вместе принимали посетителей, внимательно, не упуская ни малейших деталей, выслушивали их проблемы. В комнате, оборудованной под бюро, отец и старший сын садились за работу, каждый за свой стол: Георг – за большой, а Отто – за тот, что поменьше. В полной тишине они просматривали деловые и архивные бумаги, делали выписки из документов, изучали законы. Так они сидели часами: строгие и серьёзные, а потом шли в городской суд представлять интересы клиентов. Одним словом, родители гордились старшим сыном.