Легенда о святом пропойце

ЙОЗЕФ РОТ

ЛЕГЕНДА О СВЯТОМ ПРОПОЙЦЕ

I

В один весенний вечер 1934 года некий господин в летах спускался с моста через Сену по каменным ступеням, ведущим вниз к берегам реки. Там, под мостами, имеют обыкновение ночевать, или, вернее сказать, квартировать, парижские бездомные, что известно едва ли не всему свету, но о чем все-таки, пользуясь случаем, стоило бы напомнить людям.

Один из таких бездомных ненароком встретился сейчас господину в летах последний, между прочим, был хорошо одет и производил впечатление туриста, который намерен осмотреть достопримечательности чужих городов. Что до бездомного, то, хоть он и выглядел таким же оборванным и жалким, как все остальные, чью судьбу он разделял, хорошо одетому господину в летах он показался достойным особого внимания; почему мы не знаем.

Как уже говорилось, наступил вечер, и под мостами на берегах реки темнота была гуще, чем наверху на набережных и на мостах. Бездомный, человек явно опустившийся, слегка пошатывался. Он, по-видимому, не заметил пожилого, хорошо одетого господина. Тот же ничуть не шатался, а, напротив, ступал твердым, уверенным шагом и, очевидно, еще издали заметил шаткую фигуру. Господин в летах прямо-таки заступил дорогу оборванцу. Оба остановились, один против другого.

Куда вы идете, брат мой? спросил пожилой, хорошо одетый господин.

Другой секунду смотрел на него, потом сказал:

Не знал, что у меня есть брат, и не знаю, куда ведет меня дорога.

Дорогу я попытаюсь вам указать, сказал пожилой господин. Но вы не должны на меня сердиться, если я попрошу вас о необычном одолжении.

Готов оказать вам любую услугу, ответил оборванец.

Я, правда, вижу, что вы подвержены некоторым порокам. Но Господь поставил вас у меня на пути. Вам, конечно, нужны деньги, не обижайтесь на меня за этот разговор. У меня их слишком много. Можете вы мне откровенно сказать, сколько вам нужно? По крайней мере, в настоящую минуту?

Бездомный секунду-другую подумал, потом сказал:

Двадцать франков.

Этого, конечно, мало, возразил господин в летах. Вам наверняка нужно двести.

Оборванец отступил на шаг, казалось, он вот-вот упадет, однако он устоял на ногах, хотя и шатался. Потом сказал:

Конечно, двести франков меня бы больше устроили, чем двадцать, но я человек чести. Вы, похоже, во мне ошиблись. Я не могу принять деньги, которые вы мне предлагаете, и вот по каким причинам: во-первых, я не имею удовольствия вас знать; во-вторых, я не знаю, как и когда я мог бы вам их вернуть; в-третьих, у вас даже не будет возможности с меня их потребовать. У меня ведь нет адреса. Я чуть ли не каждый день меняю место и живу под другим мостом. Тем не менее, как я уже дал вам понять, я человек чести, хоть и без адреса.

У мен тоже нет адреса, отвечал господин в летах, я тоже каждый день живу под другим мостом, и все-таки я вас прошу по-дружески принять эти двести франков смехотворную, впрочем, сумму для такого человека, как вы. Что же касаетс возврата долга, то мне придется начать издалека, дабы вы уяснили себе, почему я не могу указать вам банк, куда бы вы могли вернуть деньги. Дело в том, что я обратился в христианство после того, как прочел историю маленькой Святой Терезы из Лизье. И теперь я особенно почитаю маленькую статую этой святой, которая находится в часовне Святой Марии Батиньольской и которую вы там сразу увидите. Стало быть, как только у вас появятся эти жалкие двести франков и ваша совесть будет принуждать вас погасить долг и отдать эту смехотворную сумму, то пойдите, пожалуйста, в церковь Святой Марии в Батиньоле и после мессы вручите деньги священнику, который только что ее отслужил. Если вы вообще их кому-то и должны, то лишь маленькой Святой Терезе. Но не забудьте: в церкви Святой Марии Батиньольской.

Я вижу, сказал бездомный, вы поняли, что я человек порядочный. Даю вам слово, и слово свое сдержу. Но к мессе я могу ходить только по воскресеньям.

Пожалуйста, пусть будет по воскресеньям, согласился пожилой господин. Он достал из бумажника двести франков, дал их нетвердо стоявшему на ногах человеку и сказал: Благодарю вас!

Мне было очень приятно, ответил тот и мгновенно скрылся в глубокой тьме.

Ибо внизу тем временем воцарилс мрак, тогда как наверху, на мостах и набережных, зажглись серебряные фонари, дабы возвестить наступление веселой ночи в Париже.

II

Хорошо одетый господин тоже скрылся во мраке. Он и в самом деле сподобился чуда обращения. И решил теперь вести жизнь беднейшего из бедных. И потому он жил под мостами.