Ледяное сердце

Когда-то давно и в то же время недавно, я считала, что счастья не найти в Хише — маленькой рыбацкой деревеньке в которой мне пришлось познавать людскую жестокость и лелеять планы о побеге… теперь же это осталось в прошлом и казалось уже почти что нереальным. Таким же нереальным как то ощущение, что я испытала, когда раз и навсегда покинула Хиш и смотрела на мир широко распахнутыми глазами. Я надеялась, что где-то впереди меня ждёт моё личное счастье, как награда за годы издевательств, проведённые в злосчастной деревушке. Но, то самое счастье пришло ко мне довольно странными путями и можно даже сказать, что счастья на моём пути, в обычном понимании так и не встретилось. Вместо этого меня ждала довольно необычная судьба, волею которой я стала воительницей, узнала, что являюсь одной из дочерей Матери Демонов (благодаря чему я могу принимать облик дракона, когда мне того захочется), обрела друзей и врагов, победила в войне и в итоге заняла императорский престол Лавирры, где и сейчас нахожусь.

Честно говоря, я никогда не стремилась становиться ни королевой, ни императрицей. Мне с лихвой хватало всего того, что у меня уже было. Но получилось так, что другого выхода из этой ситуации у меня не было и мне пришлось примерить на себя Диадему Власти и самонаречься, тем самым исполнив пророчество о Потерянной принцессе. Самым смешным было то, что принцессой я не была, и могущественный артефакт не уничтожил меня лишь потому, что магия этого мира на меня почти не действовала.

Я надеялась, что после войны я переложу свои обязанности на кого-нибудь другого, но, по всей видимости, зря надеялась. Один мой друг, успевший, как и я, примерить на себя корону правителя (и один из немногих посвящённых в мою тайну), посоветовал мне пока не делать этого и, помогал советами и делился опытом, как мог, за что я буду благодарна ему до конца жизни.

И возможно, я бы даже привыкла к своему нынешнему статусу, но тот, кому обязана своей жизнью не только я, но и вся империя, бесследно исчез, забрав с собой Погибель этого мира, а с нею моё сердце и покой. Моя душа рвалась на его поиски, но дела империи тяготили с каждым новым днём всё больше и больше. Правление было не для такого свободолюбивого существа как я. Вольный ветер, да ночи у костра и ненавязчивое общение, стоили для меня гораздо больше, чем роскошь императорского дворца и все сокровища Лавирры.

Я в тайне завидовала своим друзьям. Вэллерин и Грей, посвятили свою жизнь магии, Дэнрик и Райда нашли своё призвание в воинском искусстве и обучении этому тех, у кого на это хватит здоровья и силы духа. Бывший пират Родрик Мрачный, освободив дочь, взял себе новое имя, и уехал с ней куда-то на побережье, подальше от дворцовых интриг, а Крей собирался жениться и его, в отличие от меня, власть ничуточки не тяготила… Все они были на своих местах, но не я.

Благодаря козням врагов или предназначению свыше, я оказалась на этом престоле. И мне казалось, буд-то моя судьба и эта империя мне навязаны… ведь я лично видела свою судьбу в тёплых карих глазах тёмного рыцаря Эллэйраэтта, укравшего моё сердце, а вместе с ним, наверное, и душу, как и подобает демоническому рыцарю. Не зря же говорят, что твой дом там, где твоё сердце… и пока рядом со мной не будет его, Лавирра останется для меня чужой. Такой же чужой, как кишащие во дворце придворные, сверлящие мою спину завистливо-хищными взглядами. И половина из них не относится ко мне с искренним уважением и истинно в их глазах лишь одно чувство — страх… Они боятся чудовища в обличье рыжеволосой девушки, занявшего престол незаконно…

Самое страшное было в том, что они были правы, считая так, да вот только почему-то никого из них не было во дворце в ту ночь, когда убивали императорскую семью… И кто бы спас империю, если бы не я, Эллэйраэтт и Дэнрик? Кто бы поднял остатки армии, чтобы дать последний отпор врагу? Не было таких смельчаков. Не было никого, кто бы решился надеть на свою голову смертоносный артефакт — Диадему Власти.

Ну, всё. Это уже в прошлом. Крей сказал, что мне придётся ещё здорово потрудиться над тем, чтобы разобраться с окружающими меня людьми и проследить, чтобы все занимали свои места, а пока… у меня оставалась одна аудиенция.

Я прошла в просторный кабинет, предназначенный как раз для таких встреч, села за большой письменный стол и принялась ожидать посетителя. Мне уже доложили, что им будет Марикус Эйнвилль, по личному делу.