Ледник в июле

Сергей Дмитренко

ЛЕДНИК В ИЮЛЕ

Уларов, двадцати семи лет, брел по знойной улице городка, в которой родился, вырос и жил поныне.

В глубине Исландии, среди каменистых пространств, куполом восходит к небу ледник Гофьокудль и, рожденные им речки, вспениваясь среди валунов и срываясь потоками с уступов, оказываются для странников преградой почти неодолимой.

Без холодильника никак нельзя - и Уларов с женой, назанимав денег у тещи с тестем, у матери Уларова, у друга детства Уларова, теперь могли холодильник купить: стали ежедневно заглядывать в три городских магазина, где были электротовары.

Холодильников в универмаге не оказывалось; по-прежнему одинокая, в магазине "Свет" стояла испорченная "Ока", превращенная продавцами в хранилище забракованных лампочек и утюгов, обреченных оставаться холодными, - Уларов отправился в новый микрорайон, где в длинном бетонном бараке, кроме гастронома с галантереей, разместился и отдел электроприборов.

Он вошел: гулко свежа была легкая прохлада воздуха, навсегда укрепившаяся здесь. Холодильники те, что и всегда, - белые глыбы с названиями, дышавшими самумом: "Апшерон", "Самарканд", "Арагац". А теща вместе с деньгами дала совет-распоряжение покупать только "ЗИЛ" или, на худой случай, "Минск". На слово "ЗИЛ" продавщица только плечами пожала: впоследствии отвечала: "Нет. Заглядывайте...", а вскоре ему и спрашивать не надо было - завидев Уларова, она делала некое движение бровями, что понималось им как предложение решиться на "Самарканд".

Молоко, покупаемое для уларовского сына, к вечеру скисало, компот бродил, мясо они хранили в холодильниках матери и тещи... Но скитальчество по магазинам не казалось Уларову столь бессмысленным, когда он думал о несомненных причудах холодильников с названиями, никак не обещавшими замораживание или хотя бы охлаждение продуктов. Он - нет, не сочинил почувствовал магию имени: имя одушевляло и предопределяло бытие безразличного до поры агрегата.

Сегодня девушка из отдела электротоваров намеков бровями не делала махнула рукой к витрине: "Новый получили".

Уларов подошел. Узенький холодильник требовал вспомнить о космосе "Вега".

- Хороший, хороший, - сказала продавщица. Ради рекламы товара она вышла из-за прилавка. - И морозильник большой.

Изогнувшись, вытягивала из-под холодильника свернувшийся электрический шнур, одновременно показывая левой рукой: "Принесите колодку". Уларов пошел за колодкой, отключать ее от вентилятора, - впрочем, воздух в магазине и без него был щекочуще прохладен - но продавщица, верно, привыкла: в коротком голубом халате, бледные руки и ноги - в разгар лета, в отпуске еще не была, все солнечные дни здесь просиживает, неподвижная в потоках искусственного ветра.

Провод, провисая, потянулся от прилавка к витрине. Холодильник заработал с дрожащим жестяным стуком.

- Пустяки, - не раздумывая, сказала продавщица. - Крепежные винты при перевозке разболтались. Сейчас грузчика позову - подтянет.

Уларов понимал, что холодильник не возьмет, но стоял молча, не мешая.

- Смотрите. - Она распахнула дверцу настежь: лампа желтовато освещала пустые решетки полок, слышалось булькающее шипение бегущего по трубкам чего? - жидкого аммиака, кажется, - вспомнил Уларов.

- А вот морозильник. - Бледной своей рукой девушка открыла пружинящий лючок. - Пожалуй, три кило мяса влезет. Загляните-ка.

Присев, Уларов заглянул.

Путешественник остановился. Заросли вереска остались позади: живого только редкие, искрасна зерноватые и зелено-бурые пятна мха на базальте. Вдали, за валунами, среди чуть бугрящегося грязно-серого поля застывшей лавы путешественник различил мгновенные проблески - один... за ним, чуть правее - другой. Вода? Путешественник достал карту. За линией, намеченной блестками, поле кончалось: откатывавшейся вдаль волной поднимались всё выше тысячи неразличимых отсюда камней - пока не сливались с горизонтом, вспученным посередине белым, с лазурным подсветом куполом ледника. Путешественник достал было термос, но спрятал его снова, забросил рюкзак на спину и, широким шагом переходя с камня на камень, продолжил свой путь. Небесная голубизна, растворенная в солнечном свете, начинала слепить, но ледник источал крепкий холод: стужа, перелетев долину, готова была к мгновению, когда оковывающим порывом можно будет свалить путешественника наземь без сил.

- Так. - Лючок захлопнулся, и вместо того, чтобы сразу отказаться от этого маленького холодильника, Уларов спросил:

- Говорите, морозит хорошо?

- Чудесно, - сказала продавщица. - Погодите минут пять.

Уларов вытащил две маленькие ванночки для овощей, подвигал полупрозрачными дверками, прикрывавшими мелкую нишу для сыра и масла, провел пальцем по ячейкам, предназначенным для яиц. Осмотр был закончен. Дрожа работал мотор, с тонким живым урчанием двигалась в утробе холодильника жидкость.

- Есть регулировка холода. - Продавщица показала крутящийся диск в крышке холодильника.

Уларов молчал.