Ласточкино гнездо

Телеграмма.

Год 2021 от Р.Х. Полковнику Маршаку С. А. от старшего смотрителя дворецкого маяка Ласточкино гнездо капитана Чехова Д. И. Докладываю – старший лейтенант Шварц Ф. П. прибыл из Симферопольска к нам в распоряжение в Гаспр для несения службы третьим смотрителем маяка Ласточкино гнездо. За последние три дня близ нашего расположения вражеских кораблей, летательных планеров и дирижаблей не наблюдалось. Турки молчат. Иных новостей не имею. Сим откланиваюсь. Капитан Чехов Д. И.

Дмитрий Иванович отстукал последние клавиши на печатной машине, которая автоматически шифровала текст его депеши, встал и нервно прошелся по верхней комнате маяка. Чувствовал старый вояка, что назревает буря. Сулит она не шторм в море, а настоящие корабли военные, несущие к берегам Крымской губернии в своих тучных брюхах боевые машины и младых горячих турецких вояк с диковинными электропушками.

Уже целых два месяца на побережье было тихо. Дмитрий Иванович, прошедший первую Крымскую войну, точно знал, что такое затишье не к добру. Еще дед Чехова две сотни лет назад говорил, что «война не любит бездействие, ведь в нем кроется поражение», а ведь он стал свидетелем Ренессанса, когда почти одновременно были созданы стиммашины и электромеханизмы, и последующей Великой войны между стимлянами и теслианцами.

В дверь постучали.

– Изволите-с войти? – Осведомился у старого капитана высокий и поджарый старший лейтенант Шварц.

– Да, Федор Петрович, входите. Уже успели расположиться в своей комнате?

– Да-с, весьма польщен роскошной спальней, тем более в такое военное время.

Капитан одобрительно кивнул.

– Да, вы правы, Федор Петрович, целый год уже эти басурмане нам голову морочат войной своей.

– Так они это еще тогда начали, – усмехнулся старший лейтенант, – когда при Великой войне примкнули к теслократам. Электричество и молнии им, видно, милее нашего родненького пара и черного пороха.

Чехов снова кивнул.

В комнату вбежал Колька.

– Батька! У нас подмога что ли прибыла? – весело сказал он, – где он, руку молодчику пожму!

Тут юноша увидел Шварца.

– Колька, етишкий кот! Куда врываешься без стука! – рявкнул Дмитрий Иванович.

– Прошу прощения, – тут же поклонился коренастый парень.

– Простите, Федор Петрович. Сын мой – Николай. Мать его холит, вот он про манеры и забывает!

– Ничего-с! – улыбнулся старший лейтенант, пожимая руку Кольке, – сам такой был.

– Ты чего пришел-то, Колька? Твоя смена только вечером.

– Так матушка зовет вас с Федором Петровичем чай пить и, так сказать, знакомиться.

– Ах да… Федор Петрович, вы как к чаю?.. Гаспр успели осмотреть?

– Признаться нет-с, – пожал тот плечами.

– Решено. Поехали. А ты, Колька, смотри за Ласточкой!

****

Попивая чай на веранде дома, наблюдали, как солнце клонится к закату.

Вдруг. Далекий выстрел, и вспышка. Сигнальная ракета с маяка.

– Турки! Решили нас врасплох застать! – прорычал, вскакивая Дмитрий Иванович.

Чертыхаясь погрузились в машину и рванули к Ласточкиному гнезду.

****

– Что там, Колька? – спросил капитан, поднявшись на самый верх маяка.

– На шесть часов басурманский флот, – указал юноша, – бать, это еще не все. Видишь внизу, у самого нашего берега…

– Ага, разведчики. Высадятся через пять минут.

– Разрешите-с встретить турок шквальным огнем, – вмешался старший лейтенант.

– Разрешаю. Вот и будет вам крещение, Федор Петрович, в должности третьего смотрителя маяка.

Тот кивнул и, быстро захватив в своей комнате двуствольное ружье, отправился встречать передовой отряд врагов.

– А я встану у пушек, надо отогнать их корабли от берега. А ты, Колька, беги в кабинет и срочно телеграфируй в Ялтинск, Алупкиж и Симферопольск, чтоб высылали нам подмогу… только не весь гарнизон, а то, вдруг это отвлекающий маневр, а основные силы этих басурман пройдут западнее иль даже восточнее.

Николай кивнул и помчался докладывать.

Дмитрий Иванович спустился на уровень ниже, в оружейную. Тут стояли пять готовых пушек. Он прицелился и пальнул в приближающийся к берегу турецкий корабль. Не попал. Примерился ко второй пушке. Залп, попал в печную трубу корабля поменьше.

Третий залп… четвертый – все в воду.

Турки начали палить в ответ из своих электропушек и релейных установок, неотвратимо приближаясь.

Пятый выстрел Чехова угодил в корпус большого корабля. Взрыв, дыра, потоп, далекие крики людей, снова взрыв, тишина.

Но остальные два корабля продолжали плыть, как ни в чем не бывало.

Дмитрий Иванович понял, что здесь уже ничего сделать не сможет. Схватил огнемет и ринулся на улицу.

По дороге остановился и рявкнул на весь маяк.