Лабиринты времени

Огромным пластом на широком океанском просторе, простираясь от края до края с леденящего душу пустынного севера на цветущий и плодородный юг и граничащая с роем мелких островов на западе и востоке, раскинулась величественная Лаурия.

Зеленеющие хвойные леса сменялись мандариновыми рощами, а Великая стена, начинающаяся у северных скалистых гор, уходила своими каменными плитами в южное море, разделяя восток и запад. И там, на востоке, начинался раскинувшийся на тысячи километров угол Мёртвой пустоши, широким краем уходящей далеко на север. Кто и когда построил эту стену, уже точно не помнили. Но предания гласили о великой битве тысячу лет назад между жителями восточных и западных земель, во время которой небеса развернулись и некогда зелёную и цветущую землю накрыл бешеный огонь, сметающий на своём пути всё живое и неживое. И был он настолько силён, что обуглившаяся земля и спустя много сотен лет не смогла возродиться и охладить свои недра.

Много лет смельчаки, пробравшиеся на пустошь, находили среди чёрных камней оплавившийся металл и остатки затвердевшего оружия. А потом в муках умирали от неизвестной болезни. И вот тогда -то и появилась эта стена. Ибо не зачем ходить туда, где ждёт тебя её величество смерть.

Долгое время это место охраняли отряды вооружённых воинов, а потом люди перестали интересоваться им и надобность в этом исчезла. И с тех пор, медленно разрушаясь под напором беснующихся вокруг её осиротевших башен стихий, устраивающих дикие пляски с опавшей с обвивающих камни лиан листвой, зияла мрачная стена своими пустыми бойницами. Да случайно пролетающие мимо птицы вили под её крышей гнёзда с надеждой обрести надёжность и покой в дали от вечно посягающих на их жизни людишек. Леденящий ветер – бродяга тихо скользил по пустынным башням, завывая унылую песню, глухим эхом отдающуюся в рассыпающихся под его напором бойницах.

А что там, за Мёртвой пустошью? Никто на западе об этом не знал верно. Кто-то говорит, что живут там потомки тех самых воинственных захватчиков, уцелевших во время битвы. Другие думают, что сразу за ней край земли. А некоторые верят, что именно там души умерших находят своё последнее пристанище. Так или иначе, но проверить ту или иную версию ни у кого не возникало мысли. Да и зачем? Если здесь хорошо?

Плодородная земля даёт богатый урожай, в лесах полно дичи, а в реках плавают косяки рыб.

Тонкая нить полноводной Реи, начинающейся в заснеженных горах, уходивших под самые облака, страны суровых ветров течёт далеко на юг, в роскошные сады Эпии, с новой силой возрождаясь в Розовом море и теряясь за ним в бесконечных песках Великой Пустыни.

И здесь, на её берегах, раскинулись многочисленные племена и расы, мирно существовавшие тысячи лет. Кто – то из них так или иначе контактировал с соседями, а о существование некоторых никто и не подозревал. Настолько они вели замкнутый и скрытный образ жизни.

На высоких берегах реки раскинулись деревянные дома белых людей -славличей- земледельцев с крышами, уходившими основанием в землю. Белых, потому что кожа была у них светлая, волосы цвета пшеницы, а в глазах отражалась небесная голубизна. Были они кроткими и боголюбивыми. Несли жертвенные подарки Богу Солнца и Матери – сырой- земле. Соблюдали посты и обряды, чтили семью свою, мать и отца, и детей своих. Оттого и боги жаловали их, ограждая от врагов и завистников.

Далеко в глубь лесов, по соседству со славличами, жили таёжные люди – ирки- ловкие охотники без стыда и совести. Жили, как звери, в вырытых земляных ямах, обложенных изнутри бревнами, воровали девок у соседних племён, пили кислое вино и пели разгульные песни. Имели непомерную жадность к золоту и солнечному камню. И в редкой землянке не нашлось бы тайного местечка, куда хозяин не прятал бы свои богатства. Однако никто лучше них не мог в одиночку завалить дикого кабана или стрельнуть белке в глаз, будь то мужчина или женщина. А мастера их так искусство выделывали шкуры, что были они лёгкими, как пух и мягкими, как шёлк.

На самом севере, в каменных гротах скалистых берегов вели хозяйство мрачные затворники иссиды, никого не подпуская близко к своим владениям. Не то, что бы они были злыми людьми. Просто затворнический образ жизни был их сутью и другой они не знали (а, может, и знали, но не хотели перенимать). Будучи искусными рыболовами, они так умело коптили и солили дары северного моря, что слава о них шла далеко за пределы их селений. А солнечный камень, добываемый в их краях, был предметом мечтаний многих южных красавиц. Но и сами иссиды нуждались в вине и хлебе, которые, естественно, не могли быть выращены на суровых землях. А поэтому единственными, кого они пускали на свои причалы, были балты- смелые купцы- мореплаватели, соединяющие на своём торговом пути север и юг.