Лабиринты Сердца

Глава первая. Дениза и Случайная встреча.

По серому небу плыли сизые, рваные тучи, бросая зловещие тени на Последний Город. Из сумрачной дымки изредка пробивались тусклые солнечные лучи, освещая обшарпанные и покосившиеся здания третьего яруса. Такая погода давно уже стала привычной для жителей города. Прошло много лет, и уже почти никто не помнит, как город выглядел раньше, когда его освещало яркое солнце, когда вместо скрюченных, чахлых, голых деревьев, он утопал в зелени. А ведь когда-то здесь было уютно и красиво! Тогда еще не было такого явного неравенства между жителями ярусов, которое с каждым годом ощущалось все явственней и больнее. Как ни странно, все уже успели привыкнуть к тому, что сам город, так грустно названный Последним, делится на три части. «Чем выше по склонам горы, тем лучше место под солнцем!» - говорили старики, поглядывая вверх. Им было уже не суждено увидеть чистенькие улочки второго яруса, где жили люди побогаче. А о третьем ярусе, где жили самые богатые, самые родовитые, самые знатные люди, им даже мечтать не приходилось. Там еще сохранились фонтаны и парки, красивые статуи и дворцы из белоснежного, холодного мрамора. От всей этой красоты третий ярус отделяли толстые стены с небольшими проходами, пройти через который снизу-вверх было уже невозможно. Только королевская стража могла перемещаться между ярусами, для исполнения приговоров и охраны правопорядка.

Жители третьего яруса были чем-то похожи друг на друга. Вечно озлобленные, жестокие и злорадные, сгорбленные и сутулые от тяжелой работы, ворчливые и недоверчивые, готовые жаловаться друг другу на всеобщую несправедливость. Они оправдывали свою жестокость и озлобленность нищетой и голодом. Они ругали короля, министров и ненавидели всех, кому повезло родиться ближе к солнцу.

У лавки бакалейщика, которая переживала не лучшие времена, судя по изрядно потрепанной вывеске «Вкусные товары мистера Гирсли», образовалась небольшая очередь. На прилавке кроме круп, сушеных яблок, нескольких горшочков со специями лежал серый, плоский, больше похожий на лепешку, хлеб. Мистер Гирсли был человеком практичным и предусмотрительным. Бакалею начали покупать все меньше, поэтому Мистер Гирсли обзавелся маленькой пекарней, к великому недовольству соседа — пекаря. Бакалейщик давно заметил, что хлеб покупают всегда. Достают дрожащей рукой последний гвен и покупают хлеб. А сейчас были явно не лучшие времена. Небольшие поля пахотной земли, которые окружали город, подарили в этом году скудный, даже по этим полуголодным временам, урожай. Но и серый, невкусный хлеб все равно пользовался спросом у горожан. К сожалению, даже этот хлеб мог позволить себе не каждый. И вот сейчас, прямо у лавки назревал скандал.

- Эй ты, а платить, кто за тебя будет? — сурово и строго говорил толстый и усатый хозяин лавки, пресловутый мистер Гирсли, обращаясь к маленькому, вертлявому мальчишке, который никак не хотел расставаться с большой серой буханкой, схваченной прямо с прилавка, пока хозяин отвернулся. Сам бакалейщик уже повидал много воришек, поэтому несмотря на свою комплекцию обладал хорошей реакцией и успел схватить мальчишку прямо за руку в момент совершения кражи. Когда-то давным-давно, лавку охранял стражник, но теперь финансы мистера Гирсли не позволяли содержать полноценную охрану. Приходилось за всем следить самому. Был бы бакалейщик моложе, он бы ловко отделал бы воришку, но сейчас возраст и ревматизм не позволяли не то, чтобы ударить, а даже лишний раз нагнуться под прилавок. Бакалейщик вцепился мертвой хваткой в воришку, не зная, что с ним делать дальше. Единственное, что он мог сделать, так это попытаться вырвать у него хлеб.

Толпа гудела, шумела и волновалась, мальчишка вырывался и кричал. Вмешиваться никто не собирался. Всем было интересно, чем закончиться данный инцидент.

- Я его знаю! Это — тот мальчишка который собирает объедки в портовом районе! — кричал какой-то мужчина с седой бородой.

- А вечером он просит милостыню на центральной площади! Правда ему никто не подает! — злорадно усмехнулась худая женщина с дырявым платком на плечах.

- А мне все равно кто он! Пусть платит или проваливает! - бакалейщик покраснел от возбуждения. Его усы сердито шевелились, а на лысине выступили бисеринки пота.

- Но, сэр, у меня нет ничего… Можете взглянуть на мои дырявые карманы… Моя сестренка очень голодает… Мы три дня ничего не ели! Я могу отработать! Не смотрите, что я такой тощий! Я могу поднимать тяжести! Дайте мне любую работу и увидите, сэр, я с ней справлюсь! Давайте я вам помогу в лавке! Ну, прошу Вас, сэр… - нудил попрошайка, - Подумайте, сэр, конец близок…