Лабиринт

— Чего они хотят? — спросил капитан Бар, уныло глядя себе под ноги.

Лингвист Чив устало поморщился и невнятно пробормотал:

— Они говорят, что мы должны пройти последнее испытание: нечто подобное лабиринту.

— «Нечто подобное», что означает сие мудреное изречение? раздраженно фыркнул капитан Бар.

— В нашем языке нет адекватного эквивалента, — обиделся Чив.

— Ну хорошо, — вздохнул Бар, — переведите им, что мы согласны.

Чив захрипел, зафыркал и заулюлюкал. Даже при хорошо развитой фантазии, эти звуки нельзя было принять за нечто, хотя бы отдаленно напоминающее связную речь.

Капитан Бар с горечью подумал, что их миссия неоправданно затягивается. Вот уже три недели группа контакта, в лице его — капитана Бара, лингвиста Чива и психолога Клая, топчется на месте, в бесплодном ожидании этого самого контакта. На пороге! Дальше которого, их упорно не пускают потешно хрюкающие, но абсолютно негостеприимные аборигены.

— Завтра, как только взойдет Око Вселенной, нас будут ждать проводники, — без выражение с отсутствующим видом перевел Чив, особо заковыристую и немузыкальную тираду аборигенов, после чего, те, непрерывно мелко подрагивая, попятились, не отводя пристального взора блестящих маленьких глаз, похожих на дешевые пуговицы. Вскоре их нелепые тощие фигурки уже невозможно было различить в плотном тумане, кольцом охватывающим место посадки десантного корабля.

«Искусственно они его нагнетают, что ли…» — вяло подумал капитан Бар.

— Пойдемте? — тихо спросил Чив.

— Да-да, конечно, — заторопился капитан. Уж он-то точно знал, что в туманном кольце сокрыто второе, живое кольцо, состоящие из упорных аборигенов, и пытаться проникнуть сквозь эти кольца — бессмысленно.

В корабле витали аппетитные запахи, это расстарался третий член экипажа — психолог Клай, он же по совместительству — корабельный кок. Ужин проходил в молчании, и лишь под конец, капитан Бар нехотя бурчит, улавливая немой вопрос в глазах психолога:

— Завтра — последнее испытание.

— Ну, что же, завтра так завтра. Подождем до завтра.

Утро, двадцать второе по счету. Полностью тождественное двадцати одному предыдущему. Туман все так же плотно обступает жалкий бастион контакта — клочок суши с застывшим по середине монументом — десантным кораблем, памятником тщетности усилий и взаимонепонимания. Клай, Чив и капитан Бар, в ожидании переминающиеся с ноги на ногу у входного люка корабля, очень удачно вкладываются в концепцию, дополняя сходство общей картины с мемориалом.

— Долго еще? — не выдерживает первым капитан Бар, вторую неделю изнывающий от полного безделья.

— Око Вселенной еще не взошло, — равнодушно замечает психолог Клай.

Лингвист Чив молчит, чувствуя незаслуженную вину, хотя за точность перевода мог бы поручиться.

Капитан Бар мучительно борется с неодолимым желанием: плюнуть под ноги и вернуться на корабль, и только сознание того, что голова словно огромный маринованный огурец покоиться в банке гермошлема, сдерживает от опрометчивого поступка.

— Око Вселенной! — тихо сказал психолог Клай, и почти синхронно лингвист Чив злясь на самого себя пробурчал:

— Идут.

Аборигенов сегодня опять было трое, но те ли это, что приходили вчера, понять было невозможно. Тонкие хилые бледные гуманоиды с крупными грушевидными головами, растущими «хвостиками вниз».

— Они спрашивают, готовы ли мы? — перевел Чив, позевывая.

— Еще чуть-чуть и я буду на все готов! — проскрипел Бар себе под нос, и Клай мельком глянувший на капитана, предусмотрительно поторопил лингвиста:

— Готовы, готовы. Где тут, этот их лабиринт?

Аборигены потоптались на месте переглядываясь, но по их бесцветным физиономиям все равно невозможно было ничего разобрать.

— Ну что, пошли? — спросил Клай неизвестно у кого и сам же, на всякий случай, ответил: — Ну, пошли…

Идти далеко не пришлось. Рядом, в двух шагах, оказалась самая, что ни на есть ординарная дверь. Точная копия входного люка серийного десантного корабля. Дверь висела в тумане, ни на что не опираясь и не касаясь нижним краем земли. За дверью, если заглянуть с боку, был виден тот же туман, что и расстилавшийся вокруг.

Аборигены интенсивно захрюкали.

«Издеваются они, что ли…» — тоскливо подумал Бар.

— Они спрашивают: мы не передумали? — перевел Чив.

Бар молча глянул на лингвиста и тот, по видимому, умудрился разглядеть выражение лица капитана, потому что поспешно «зафыркал» и «зачихал».

Аборигены еще раз переглянулись и промолчали.

Капитан Бар первым шагнул к двери и рванул ее на себя… Дверь мягко подалась и капитан чуть не растянулся, на радость тихонько хрюкнувшим аборигенам.

Теперь дверь изменила свое расположение и висела продольно гипотетическому входу в лабиринт.

За спиной капитана психолог Клай тихонько хмыкнул и Бар не раздумывая шагнул вперед, а за ним нехотя двинулись психолог Клай и лингвист Чив…