Хозяйка таверны в квартале воров

— Что случилось? Куда вы спешите? — Наскоро вытирая руки передником, я выбежала с кухни на топот множества ног и попыталась добиться от торопящихся клиентов, почему вдруг они резко ломанулись к заднему выходу.

В основном меня игнорировали. Кто-то таки остановился, чтобы ответить, но в этот же момент из зала раздался жуткий скрежещущий грохот. Охнув и мигом побледнев, я рванула туда. Пришлось неприятно потолкаться между спешащими в противоположном направлении плотного телосложения мужиками, которые в большинстве своём и составляют контингент моей захудалой таверны. Но я, наконец, пробиралась ко входу в зал.

Ох-ох, лучше бы осталась на кухне, нервы поберегла. Глаза б мои не видели… Какой-то пышущий гневом аристократишка, которому вообще-то совершенно нечего делать в квартале воров, методично расшвыривая мебель в стены, продвигался к столику, за которым сидели Рик с какой-то… боги-боженьки, ещё одна аристократская задница! Вот это аншлаг! Хотя девочка вроде симпатичная, миленькая такая, не вызывает отвращения чопорностью, которая обычно так сквозит в манерах высокородных лерри. Хотя откуда мне, простой хозяйке таверны в бедном квартале, знать, что там обычно у аристократов на морде высвечивается…

Но лесом девицу. Второй представитель знати в моей недостойной его сиятельства забегаловке производит противоположное впечатление. Вот только кроме неприятного впечатления он производит ещё и погром, ломает столы да стулья, круша всё на своём пути.

О, Создатель, моя таверна! Моя родовая тавернушка! Что же с тобой сталось! По телу пробегает холодная волна цепкой паники и ощущения полного провала. Это последняя капля в череде неудач, всё. Я сорвалась, не могу больше держаться на краю, равновесие меня подвело после очередного смачного пинка под мой тощий, как говаривают клиенты таверны, зад. Никогда я не позволяла себе выражать эмоции на людях, но сейчас меня это не остановит. Падаю на колени, плачу, жалюсь на свою жизнь, стенания переходят в рыдания. Сплошной поток слов. За что мне, почему я, как теперь быть и всё в том духе.

Самой от себя противно. Как же я слаба! Но нет сил, нет больше грёбанных сил! Это для меня уж слишком. Матушка говорила, что никогда нельзя сдаваться, что рано или поздно всё наладится. Не бывает в жизни только чёрных полос, всегда за ними идут и белые. Вот в моём случае либо полосы чёрно-чёрные, либо наладится слишком поздно. Я перестала верить. Ничего хорошего больше не может произойти. Не верю.

Хотя вон сын трактирщика дальше по улице уверяет, что самое лучше со мной случится именно в неравном браке с ним. Видимо, где-то между тем, как я убираюсь в общем доме, рожаю и нянчу его сопливых отпрысков да подношу ему пиво за обедом. Ой, ещё и готовлю обед. Тьфу, мразота!

В полуобморочном состоянии я доползла до своей кельи под крышей, потому как иначе эту каморку и не назовёшь, и упала на противно скрипнувшую кровать. Создатель, за что ж мне так не повезло… Кому я дурное сделала? В жизни только кур на суп забивала, не больше. Так теперь не то, что кур нет, суп сварить может статься не из чего. Таверна забрала родителей, деньги, теперь забирает мои силы. Я даже закрыть её пыталась, да разве скажешь слово поперёк постоянным клиентам головорезам, которые сласть как хотят выпить с самого утра и продолжать вплоть до восхода луны? В квартале воров свои порядки, свои законы. Ты здесь либо помогаешь остальным, либо идёшь по миру.

Я перевернулась на спину, уткнула взгляд в потолок. Зато мне самой никто не поможет, даже если захочет попытаться. И пусть бы раз получилось выплыть из особо глубокой долговой ямы, но будет ведь второе падение, а за ним третье и дальше. Причём, с каждым новым разом дно станет проваливаться всё глубже и глубже… Так есть ли разница, когда я сломаюсь: сейчас или через пару-тройку дней, недель? Только агонию продлю, вот и всё.

Из глаз снова полились слёзы бессилия. За что, Создатель? За что?! Хочу, чтобы это мучение кончилось! Но… готова ли наложить на себя руки? А что будет после этого?.. А как тут останутся без меня работники? Некоторым и пойти-то некуда…

Нет, я верю в Создателя, его деяния наполнены смыслом, я знаю. Последний шанс. Либо сейчас, либо никогда. Если он не отзовётся, мне останется лишь шагнуть из окна своей кельи. Интересно, четвёртого этажа хватит, чтобы основательно разбиться или буду на брусчатке потом мучаться?..

— Создатель, — шепчу я, встав на пол на колени и сложив руки перед лицом, — прошу, помоги. Я больше не могу так жить. Если это то, чего ты хотел, если твоим желанием было довести меня до такого состояния, то вот она я, перед тобой. Принимай.

Я не ждала даже знака. Сколько бы ни говорила с богом раньше, он не реагировал. А говорила я частенько. Но в этот раз что-то изменилось. Неужели, угадала с выводами?..