Купец-меценат Х. С. Леденцов и “демократическая интеллигенция”

Основные общественные инициативы видного российского купца и мецената Х. С. Леденцова (1842–1907 гг.) ― создание, при его финансовом участии, Технического Музея содействия труду и Общества содействия успехам опытных наук и их практических применений — были обусловлены потребностями экономического и социального развития России конца XIX века и имели прямые аналоги в других европейских странах того периода (1880-90-х гг.)

Технический Музей содействия труду решал задачи замены операций, требовавших тяжёлого ручного труда, механизированными; принимал участие в защите прав рабочих; развитии профсоюзного движения и т. пр. Принципы его деятельности были сходными с установками социально-реформаторских групп типа Фабианского общества (основано в Англии в 1884 г.). Подобные предложения высказывались и в энциклике папы Льва XIII Rerum novarum, получившей название "Права и обязанности капитала и труда " (1891 г.).

Общество содействия успехам опытных наук и их практических применений, перед которым его основатель поставил задачу поддержки перспективных инженерных работ и форсирование внедрения их в промышленность, также можно было бы считать откликом на неотложный социальный запрос: экономика Российской империи 1880-90-х гг. развивалась односторонне ― высокий, порядка 9 % в год, промышленный рост достигался, в основном, за счёт добычи сырья, а по производству конечных продуктов индустрии Россия далеко отставала от Запада. Между тем, крупные учёные того времени ― Менделеев и др. ― предупреждали, что ориентация на развитие сырьевого сектора экономики неизбежно ведёт не только к росту бедности, социального расслоения, но и к технической отсталости, угрожающей политический независимости страны (катастрофические итоги русско-японской войны 1905 г. вполне подтвердили этот прогноз).

Просуществовавшее с 1909 по 1918 гг. Леденцовское общество оказало содействие выполнению ряда важных в научно-техническом отношении проектов. Вместе с тем, немалая часть его средств была истрачена, вопреки замыслу основателя, на финансирование "академических", далёких от практических приложений работ экспертов Общества и близких к ним лиц. Почти сразу после утверждения Устава Общества (уже после смерти Леденцова), его руководители проявили отчётливое стремление распределять оказавшие в их распоряжении денежные ресурсы среди "своих" лиц, зачастую полностью игнорируя ключевой принцип практической эффективности, заявленный основателем ― "при минимальных затратах принести максимальную пользу большинству населения".

Кроме того, в Общество, созданное для поддержки прикладных исследовательских и опытно-конструкторских работ, через некоторое время были приглашены как почётные члены или советники лица (Тимирязев, Мечников, М. Ковалевский,…), не имевшие по роду своих занятий никакого отношения к этим работам, но зато активно, широко и систематически занимавшиеся подрывной антигосударственной деятельностью. Под влиянием подобных лиц Общество нередко выделяло значительные финансовые средства следуя соображениям не столько научным, сколько идеологическим. Так, в 1911 году, после попытки правительства прекратить политические беспорядки в Московском университете и повернуть учебный процесс от направлявшихся конспиративными революционными группами непрерывных студенческих сходок к занятиям в аудиториях, ресурсы Общества были использованы для поощрения профессоров, покинувших университет в знак протеста против этих "реакционных" мероприятий.

Руководители экспертных комиссий Леденцовского общества проигнорировали, скорее всего по тем же идеологическим соображениям, деятельность выдающихся русских инженеров-патриотов: авиаконструктора И. И. Сикорского, "мастера оптимальных решений" В. Г. Шухова, основателя сейсмологии Б. Б. Голицына, судостроителя-новатора В. И. Юркевича и др., а выделенные Обществом средства на экспериментальные исследования основоположника космонавтики К. Э. Циолковского были совершенно несопоставимы с их значением.

Такое искажение исходных замыслов основателя (Х. С. Леденцова) было обусловлено проникновением в руководящие структуры Общества кланово-мафиозной группировки т. н. демократической интеллигенции.