Кукловоды павшей империи (СИ)

— А теперь скажите, дети, знаете ли вы, что находится на севере, где кончаются границы Фаррена?

Занера обвела выжидательным взглядом два десятка учеников, сидевших на деревянном полу, подогнув под себя ноги. Первым, как всегда, потянул руку Даранэ:

— Турат! На севере находится страна Турат!

Мальчишка был прыток и энергичен, но немного глуповат.

— Не Турат, а Теорат, — поправила Занера, назидательно подняв палец. — И не находится, а… кто-нибудь знает?

— Нет там никакой страны. Дурак! — Последнее слово Марико бросила своему неразумному соседу, после чего вновь повернулась к учительнице. — Я знаю! Теорат подорвался — на своём же колдовстве. Сейчас там пустыня, в которой даже дышать нельзя.

— Правильно, — кивнула Занера. — Наши северные соседи пытались подчинить своей воле силу кейсарина — волшебного минерала, даровавшего им колдовские способности. Государство процветало, его жители не знали ни болезней, ни голода, а их армия считалась сильнейшей на всём свете.

Но собственная жажда могущества погубила этих людей. В один трагический день, вот уже шестьсот двенадцать лет тому назад, гигантские кейсариновые столпы, служившие Теорату источниками энергии, вышли из-под контроля и выплеснули копившуюся в них мощь. По всей стране прогремела череда взрывов, столь мощных, что земля сотрясалась даже здесь, в Фаррене.

А когда первые разведчики отправились проверить, удалось ли хоть кому-нибудь уцелеть, то на месте некогда величайшего государства обнаружили лишь безжизненную пустошь, без единой травинки или листика.

— И они все умерли? Больше в Ту… Терате никто не живёт? — печально проговорил Даранэ.

— Не совсем… — учительница замялась, раздумывая, стоит ли посвящать восьмилетних учеников в столь жуткие подробности. — Многим жителям Теората удалось пережить взрывы, но ценой тому стала полная утрата человеческого облика. Все они — и колдуны, и простой люд — обратились в жестоких, бездушных монстров. Их кожа обросла костяными наростами, глаза загорелись синим огнём — проклятым цветом кейсарина; они утратили последние отблески разума, и с того момента живут лишь одним желанием — убивать и разрушать.

— Этроды… — таинственным голосом промолвила Марико. — Они ведь и у нас бывают, да?

— К сожалению, да, — не стала отрицать Занера. — Как оказалось, костяные монстры не отсиживаются в глубинах пустошей и постоянно переходят с места на место. В последние годы их стаи стали появляться и на границах Фаррена. Многие города были уничтожены безжалостными набегами этих чудовищ, и почти никому не удавалось уцелеть.

— А к нам, в Бератори, они тоже придут? — испуганно пискнула девочка. Кажется, она сама уже была не рада, что разговор о Теорате так затянулся.

— Нам нечего бояться, Марико, — улыбнулась Занера, но всё же невольно покосилась в сторону окна. Показалось, будто вдалеке раздался чей-то крик. — Граница находится под неусыпным надзором наших доблестных воинов. Возможно, прямо сейчас, в этот самый миг, они бьются с этродами на рубежах, не страшась отдать за нас свои жизни.

Крик снаружи повторился. Затем ещё, уже с другой стороны.

— Чего это там делается? — Даране обеспокоенно вытянул голову.

— Я пойду посмотрю, — сказала Занера и под взглядами встревоженных ребятишек прошла к выходу. Рука едва потянулась к двери, как та вдруг резко распахнулась женщине навстречу.

— Этроды!!! — голос прогремел раньше, чем в проёме появился Канора. Сегодня была не его смена, и солдат был налегке; лишь верный вакидзаси болтался в ножнах на поясе.

Занера обомлела от страха. За спиной воина никого не было видно, но одного упоминания этродов оказалось достаточно, чтобыпробудить в душе парализующий ужас. Крики и рычание, разом хлынувшие в распахнутую дверь, слились в единую какофонию, предвещающую конец, и только крик Каноры смог вывести женщину из ступора:

— Не стой! Уводи детей! Туда, через чёрный ход!

Дважды просить не пришлось.

— За мной! — скомандовала учительница и бросилась к дверному проёму в другом конце класса; ученики повскакивали с пола и дружной гурьбой потопали за ней. Испуганные крики горожан остались позади, на смену им очень скоро пришёл детский плач.

Занера изо всех сил старалась ни о чём не думать, глушить страх. Ноги и руки действовали сами по себе, глаза отыскивали дорогу в полумраке неосвещённого коридора. Спасти детей — это главное. В этом её долг и обязанность, остальное не имеет значения.

Коридор закончился и вывел в небольшое помещение, заваленное старыми книгами и плакатами. Через два небольших оконца внутрь проникал тусклый свет.

Занера бросилась к двери. Трясущиеся руки не слушались. Пока она возилась с засовом, дети успели заполонить всю прихожую; теперь их плач раздавался со всех сторон. Наконец деревянный брус отлетел в сторону, чуть не попав кому-то по голове. Учительница дёрнула дверь на себя:

— Выбегайте, живее!