Куда летает махолет

АНДРЕЙ СУЛЬДИН

Куда летает махолет

- Опять ты на ночь глядя,- запричитала Натали. Она проснулась и встала с кровати ради того, чтобы проводить меня до двери. Это тоже своеобразный ритуал. Натали немного суеверна: думает, что если она меня проводила, то со мной ничего не случится. Впрочем, за время нашего совместного житья, а это все-таки полгода, я действительно ни разу не попадался. Тьфу, тьфу, тьфу...

- Работа у меня такая,- пытаюсь оправдаться я. Сценка уже стала традиционной.

- Какая, к черту, работа может быть ночью в фирме по разработке игрушек? - Натали обычно не ругается, но в такой день ей можно все.- Этого я не пойму, хоть убей. Если ты кого себе завел, так и скажи. И не надо меня обманывать. Лучше я уйду.

Натали всегда так говорит. Грозится, но никуда она не уйдет.

Я твердо знаю, что она меня любит. И она тоже хорошо знает, что никого я себе не завел, что я очень и очень ее люблю. Но Натали никак не может понять, зачем я, директор довольно известной фирмы по разработке игрушек, раз в месяц с завидной регулярностью уезжаю на всю ночь неизвестно куда.

- Надо,- говорю я.

Натали верит, что надо, но понять не может.

Я целую ее на прощание, и она возвращается в спальню. И я знаю, что она ляжет в кровать, но не заснет до утра. Будет ждать меня. Будет молить бога, чтобы со мной ничего не случилось.

В эти ночи я не пользуюсь геликоптером - его мотор слишком громок для заснувшего города. Для таких ежемесячных поездок я построил интересную штучку - махолет. Его конструкция как-то попалась мне в одном старинном журнале. И я заразился этой идеей, простой, кстати. А какая это полезная вещь!

Еще бы: тихо, беззвучно, как большая черная птица, я улетаю от дома. Никакого мотора. Только сила моих рук и ног.

Маршрут у меня давно проложен. Сразу поднимаюсь на высоту в полкилометра и над самыми крышами домов выскальзываю из города. Выше подниматься нельзя, хотя сил такой полет отнимет меньше. Но на большой высоте полиция сразу обнаружит меня своими локаторами. А с полицией шутки плохи.

Вернее, не так уж и плохо: я - известный изобретатель, и у меня могут быть свои, неведомые обычным людям чудачества.

Но... из города ночью уходить непросто, узнают конкуренты, поползут слухи, и тогда мне будет худо.

Я поднимаюсь на крышу своего дома, собираю махолет. Это дело двух минут при известной сноровке, а она у меня есть. Прислушиваюсь. Все кругом тихо. Тогда сажусь на сиденье пилота и медленно, но с каждым мгновением все быстрее начинаю вращать педали.

Пропеллер махолета зашелестел, словно ветер в вентиляторе, и машина стала подниматься в воздух.

Куда я лечу? За эту тайну поплатился жизнью мой старший брат. Перед смертью, вернее, за день до смерти он успел открыть ее мне. Может, чувствовал, что скоро погибнет...

Брат явно встал кому-то поперек дороги, его успехи не всех радовали. И со мной, видимо, так будет: случайная авария геликоптера, обгорелые останки, которые и признать-то можно лишь по генетическому личному знаку. И кажется, что и меня обкладывают потихоньку флажками, как при охоте на волков. Таких зверей давно нет, но я слышал, что их ловили красными флажками... Правда, до реальных угроз пока не доходило. Но это ведь один шаг. Коротенький шаг.

И что-то все-таки просачивается. За последний год полиция два раза меня останавливала.

В первый раз перед полетом вышел на всякий случай на улицу проверить: нет ли кого? И наткнулся на патруль. А что ему здесь делать? Район спокойный. Так что в ту ночь не летал. И во второй раз, когда приземлился на свою крышу и только успел разобрать махолет, как они прикатили. Значит, следят? Или случайное совпадение? Но на всякий случай решил результаты второго полета не использовать, тем более что тогда ничего особенного не было.

Но сегодня позвонил старик и намекнул, что есть что-то интересное. Пошел на риск старикан, правда, звонил из автомата, он конспирацию знает, но все же... может, мои разговоры уже прослушивают? Хотя вряд ли. Мне бы сказал об этом секретарь, не зря же я плачу ему деньги. А в плане электроники он дока.

...С высоты птичьего полета город очень красив в праздники: огни, иллюминация. Но сегодня обычная ночь обычной рабочей недели, и всюду затемнение. Экономия энергии, черт бы ее драл. И если не знать маршрут, то очень запросто можно заблудиться среди небоскребов или даже врезаться в крышу какогонибудь здания. Но я маршрут знаю.

Мой путь лежит на север, за город, где раскинула свои владения городская свалка. Она там располагается уже давно. С тех самых пор, когда город перестал расти вширь, а только вверх устремил свои этажи. И разве могли когда-нибудь коммунальники предполагать, что со временем свалка так разрастется и станет занимать площадь не меньше самого города? Но городу, в котором живет двадцать миллионов человек, надо куда-то девать ежедневно сотни тонн хлама и отбросов. На свалке их частично уничтожали, сжигали, прессовали, закапывали... Остальное же вырастало в гору, в гигантский памятник неразумности.