Ксавьер

Ксавьер

Только ты начинаешь думать, что у тебя все хорошо, как жизнь сажает тебя на жопу. Буквально. Я на встрече с Джейсоном Кроссом, владельцем «Кросс Медиа». Он близок к подписанию многомиллионного контракта. Я же близок к тому, чтобы заключить сделку всей жизни, когда внезапно чувствую ужасную разрывающую боль. Мои легкие мгновенно покидает кислород, и я хлопаю ладонью по левой стороне груди. Стискивая зубы, я наблюдаю, как между бровей у Джейсона появляется морщинка.

— Ты в порядке? — спрашивает он.

Я киваю.

— Да, я… — Мою грудь снова стискивает спазм, словно ее придавило весом в десять тонн. Еще одна волна боли проходит сквозь мою левую руку, и я на долю секунды лишаюсь зрения. Комната вращается перед глазами, а затем я падаю, и все вокруг меркнет.

Я просыпаюсь и пытаюсь открыть глаза. Голова гудит, во рту пересохло. Мне удается разомкнуть веки, и я вздрагиваю от яркого света флуоресцентных ламп. Оглядывая комнату, мои глаза останавливаются на больничном оборудовании и цветах, расставленных повсюду. Запах дешевого дезинфицирующего средства ударяет в нос, и я издаю стон. Ненавижу больницы.

— Ксавьер? — ее голос звучит успокаивающе, вселяя в меня надежду, что все будет хорошо.

— Алекса? — я перевожу на нее взгляд.

Ее пальцы переплетаются с моими, а большой палец круговыми движениями проходит по тыльной стороне ладони. Я поднимаю глаза к ее лицу и вижу, что по ее щекам грозят пролиться слезы. Она касается губами костяшек моих пальцев и зажмуривается, вид у нее измученный. Я смотрю, как одна слезинка цепляется за ее темные ресницы, прежде чем упасть ей на щеку.

— Не плачь, Лекси, — я провожу большим пальцем по ее влажной щеке, ее фарфоровая кожа покраснела.

— У тебя был сердечный приступ, Ксавьер. — Сердечный приступ? Мне двадцать девять. Я занимаюсь спортом, хорошо питаюсь… Как такое возможно? Я отталкиваю от себя страх и поднимаю на нее глаза.

— Я в порядке, — заверяю, хотя чувствую себя так, словно меня переехал двухэтажный автобус.

Она вскакивает на ноги и склоняется надо мной, поглаживая кончиками пальцев мою челюсть.

— Я люблю тебя. Я не знаю, что со мной станет, если с тобой что-нибудь произойдет.

— Ничего со мной не случится, — шепчу я, притягивая ее ближе, пока ее лоб не касается моего. — Я люблю тебя. — Ее губы встречаются с моими в нежной ласке, и, как всегда, мой мир останавливается, все сосредотачивается на ней. С того момента, когда я встретил Алексу, она овладела мной. Моя изначальная интрижка с великолепной студенткой-юристом превратилась в одержимость, и так по сей день. Я одержим ею последние восемь лет. Я не знал, что подобное возможно, пока не встретил Алексу. Мне так повезло, что она у меня есть, и я не могу дождаться, когда женюсь на ней в следующем году.

Ксавьер

Я стою, разглядывая Нью-Йорк с высоты многоэтажного здания. Густое серое марево прочно обосновалось над городом. По сравнению с этим мегаполисом Лондон кажется экологически чистым, а это уже говорило о многом.

— Присоединишься ко мне в душе? — Киана проводит ногтем по моей спине в легкой ласке, оставляя покалывание на коже. Я поворачиваюсь к ней лицом, откидываю ее угольно-черные волосы с шеи.

— Конечно, — я ухмыляюсь, касаясь пальцем ее нижней губы.

Она — клиент, дочь сенатора. У нее кожа цвета какао и изгибы, которые любого могут свести с ума. Она прилетает ко мне в Нью-Йорк на выходные один раз в месяц и регулярно делает это уже на протяжении года. Некоторые люди не могут осознать принцип работы эскорт-сервиса, и они, естественно, не могут понять, почему такой привлекательной женщине, как Киане, нужно платить за секс, но вся суть сводится к элементарному доверию. В нашем мире ты никому не можешь доверять, а для некоторых, как она, имеющих особый социальный статус, это особенно критично. Поэтому она платит за профессиональные услуги, не ожидая подставы, никаких сумасшедших схем или вымогательств. Добро пожаловать в двадцать первый век. Ну, и, да, она супер привлекательная.

Она оборачивается и уходит, предоставляя мне отличный вид на ее узкую талию и аппетитную задницу, прикрытую лишь крошечным клочком стрингов. Я следую за ней, наблюдая, как она снимает белье и бросает мне через плечо улыбку, заходя в душевую кабинку. Еще одна черта, которая мне в ней нравится, заключается в том, что она не стеснительная. Абсолютно. Каждый миллиметр ее тела доведен до совершенства, и мой член всегда реагирует на ее уверенность. Я выбираюсь из боксеров, и, хотя и трахал ее всего час назад, более чем готов снова приступить делу. Когда я оказываюсь на расстоянии прикосновения, она оборачивает руку вокруг моего члена, притягивая меня ближе к себе, забирая все, что она хочет. Я хватаю ее за шею и прижимаюсь ртом, пробираясь языком между ее губ. Она стонет и трется о меня своей мокрой пышной грудью.

— Я хочу, чтобы ты трахнул меня в задницу, Ксавьер, — выдыхает она требовательно.

Я улыбаюсь и выгибаю бровь.