Крыжовенное варенье

«При въезде на Арбатскую площадь огромное пространство

звездного темного неба открылось глазам Пьера.

Почти в середине этого неба над Пречистенским бульваром,

окруженная, обсыпанная со всех сторон звездами,

но отличаясь от всех близостью к земле,

белым светом и длинным, поднятым кверху хвостом,

стояла огромная яркая комета 1812-го года,

та самая комета, которая предвещала,

как говорили, всякие ужасы и конец света.

Но в Пьере светлая звезда эта с длинным лучистым хвостом

не возбуждала никакого страшного чувства».

(Л. Н. Толстой «Война и мир»)

– Таша! Ташенька! – голос деда прорезал вечерний дрожащий воздух. Августовские вечера были ещё тёплыми, и Натали до сумерек засиживалась в беседке с книжкой. – Пойдём, в шахматы сыграем, да и ужинать накрывают. – Афанасий Николаевич ласково растрепал короткие волосы подбежавшей девочки.

В окнах парадного этажа уже горел свет, и через плотные шторы были видны редкие силуэты людей. Сегодня дом ещё полупустой: основная часть гостей на именины Натальи наедет завтра к обеду. Приедут мать с отцом, братья с сёстрами, и даже Митинька, несмотря на уроки, обещался быть. Наташа послушно прижалась к деду и поднялась с ним в комнаты.

Дом Афанасия Николаевича поражал роскошью всех, кто приезжал в имение. В московском доме Гончаровых, Наташа видела это зимой, когда мать забирала её на праздники, царил затянувшийся ремонт – многие комнаты были заставлены упакованными вещами, мебель закрыта чехлами от пыли. У деда было гораздо уютнее и просторнее, но нрав матери, Натальи Ивановны, отличался суровостью, перечить ей казалось невозможным, так что Таше придётся скоро вернуться в родительский дом. Мать почему-то решила, что тех книг, что Наташа запоем читала в дедовой библиотеке, недостаточно для её образования, и обязательно нужны заграничные учителя, раз девочке уже исполняется шесть лет. Поэтому она хотела забрать дочь в Москву. Хотя Таша училась и в деревне – здесь с ней была её любимая англичанка мисс Томсон, а русской словесностью с ней занимался дед. Не предстоящие уроки страшили Наташу – гораздо больше она переживала, позволит ли маминька выезжать верхом. Только этим летом Афанасий Николаевич подарил ей каурого Пегаса, до того Таша каталась на смирном пони Ветерке, которого водил в поводу грум, а мисс Томсон забавно бежала следом, беспокоясь о сохранности воспитанницы. Теперь же девочке дозволялось ездить самой, и она каждое утро тренировалась в аллюрах под присмотром бдительного берейтора. Затем следовали занятия языками, чтение, музыка, а после обеда можно было сбежать к дворовым девочкам – Танюше и Параше. Они знали столько игр с пением и прибаутками, что Натали диву давалась. Жаль, что завтра нельзя будет их пригласить в дом, чтобы играть вместе с Александриной и Екатериной. Маменька не любила, когда дети сближались с простым людом.

Утро было ярким и праздничным. Наташа проснулась в своих покоях, вспомнила, какой сегодня день, и обрадовалась. Подбежав к высокому окну, она подтянулась, залезла на подоконник и выпрямилась во весь рост, вцепившись в переплёт. За зеленью деревьев блестела извилистая речка со странноватым названием Суходрев («Почему Сухо? Почему Древ? Это же МокроРек!» – удивлялась маленькая Таша). Полевых цветов на ровно скошенных газонах уже не было, зато на клумбах тут и там алели розы и георгины. Через стекло девочка услышала, как весело перелаиваются собаки на псарне, и ей захотелось с ними поздороваться. Наташа спрыгнула на пол прямо в руки подоспевшей мисс Томсон, чуть не уронив бедную англичанку.

– Good morning, miss Tomson! – воскликнула девочка. Русским гувернантка владела плохо, поэтому они всегда разговаривали по-английски.

– Доброе утро, милое дитя! С именинами! От всей души желаю тебе много радостных дней!

– Спасибо, милая мисс Томсон, – порывисто обняла её Натали и выбежала из комнаты.

На псарне Наташа чувствовала себя как дома. Псари и корытничьи знали и любили маленькую барышню. Девочка часто прибегала туда. Трепля за ушами датских легавых, английских борзых и французских гончих, Наташа весело отвечала на русские приветствия и поздравления людей и даже не заметила подошедшего деда.

– А, вот ты где, моя хорошая! Так и думал тебя здесь найти. Поздравляю, внученька! Подарок я тебе приготовил, в комнатах ждёт.