Крысиный Король

Бритуния, герцогство Райдор

Лето 1285 года по основанию Аквилонии

А ну, подъем, лежебоки! — Гвай ворвался в комнату словно вихрь. — Не поверите, нас самым срочным образом месьор Атрог к себе требует! Конан, одевайся! Эйнар, хватит дрыхнуть! Асгерд уже завтрак приготовила!

— Боги всеблагие, — простонал Конан, с трудом разлепляя глаза. — Пускай твой проклятущий Атрог провалится в самое промозглое ущелье Серых Равнин! Ночь на дворе!

— Не ночь, а утро, — бодро ответил Гвайнард. — Рассветет через два квадранса! У нас тут события…

— Сколько можно?! Каждое утро терпеть такие надругательства над самым святым — над отдыхом! — Эйнар немедленно поддержал Конана жалобным нытьем, доносившимся из-под пледа. — В этом проклятом Райдоре событий происходит больше, чем на всем материке Заката вкупе с Кхитаем и Вендией! Надоело!

— Если надоело, можешь продолжать валяться в постели, — бросил Гвай, и в его голосе появились стальные нотки. — А когда проснешься — собирай вещички и марш из дому! Понял?

— Понял, — пробурчали из-под пледа. Когда Гвай вышел, Эйнар с душераздирающим стоном отбросил клетчатое покрывало, сел на кровати и охнул, опустив голые ноги на холодный деревянный пол. Конан уже вовсю одевался.

— Что такого страшного могло произойти? — вслух гадал киммериец, завязывая тесемки на вороте рубахи. — Если уж начальник тайной службы герцогства поднимает господ охотников ни свет, ни заря?

— А я тебе скажу, — отозвался осоловелый Эйнар, попутно соображая, куда он вчера вечером забросил правый сапог, которого возле кровати не обнаружилось. — После истории с Исчезающей долиной, ихняя шпионская милость явно решил, что мы вчетвером можем спасти государство от любой напасти. Ставлю тысячу шеллинов — нас сейчас отправят воевать с Гипербореей. Или нам вчетвером предстоит выступить против немедийских легионов, решивших атаковать Бритунию! Чума на мою голову! Почему Атрог не мог вызвать нас хотя бы в полдень, когда все уважающие люди продерут глаза и как следует позавтракают!

— Хватит скандалить, — поморщился Конан, цепляя на пояс посеребренный кинжал в роскошных ножнах — подарок герцога Райдорского. — Если Атрогу понадобились наши услуги, значит дело действительно серьезное. Не такой он человек, чтобы из-за ерунды паниковать.

— Опять вампиры, — вздохнул Эйнар. — Или, того хуже, мантикор снова засел на пайрогийском тракте. Или вообще дракон какой-нибудь…

— Не вижу смысла дальше гадать. Быстро одевайся и топай в оружейную! Надеюсь, воевать с чудищами-страшилищами на голодный желудок ты не собираешься?

— Все у нас не как у людей, — огорченно сказал Эйнар. — Кушаем в оружейной, клинки храним в кладовке, дома живем от силы пять дней за луну… Жуть!

— Не ной, — привычно ответил Конан и отворил дверь в коридор. — И перед тем, как садиться за стол — умойся! Тоже мне, чудо природы…

Что-что, а своевременный завтрак варвар считал действием насквозь обязательным — биться за правое дело очищения земель полуночной Бритунии от разнообразной нечисти, нежити и небыти, киммериец предпочитал сытым.

С дня Середины лета 1285 года по аквилонскому счету Конан Канах из Киммерии начал всерьез полагать, что наконец-то нашел себе достойное занятие. В кои-то веки работа киммерийца не тяготила, а наоборот, нравилась, за данную работу варвар получал неплохие деньги — четверть от общего дохода, — а кроме того, впервые в жизни Конан почувствовал в людях, с которыми вместе трудился, искреннюю честность и столь же искреннее уважение к соратнику, с которым приходится делить все трудности и опасности.

Словом, несколько седмиц назад Конан (неожиданно для самого себя) прибился к небольшому отряду Ночных Стражей, более известных на материке Заката под наименованием «Охотников на монстров». Гильдия известная, почетная, уважаемая как народом, так и дворянством — от короля до захудалого барончика из глухой провинции. Работы — непочатый край, благо полуночные дебри доселе полны монстрами, подлежащими незамедлительному истреблению по причине пакостного характера, скверного облика и гнусных повадок, из которых людоедство — далеко не самое худшая…

Ватага была небольшой — всего лишь четыре человека, включая Конана. Точнее, три человека и броллайхэн. Эйнар лишь носил человеческий облик, в действительности являясь воплощенным Духом Природы, владевшим Алой Магией Равновесия. Водительствовал над отрядом Гвайнард из Гандерланда — младший и ненаследный сын гандерского барона, почувствовавший вкус к тяжкому ремеслу охотника на чудовищ и с успехом трудившийся на этом неблагодарном поприще уже девять лет. Асгерд из Нордхейма — высокая, светловолосая и решительная девица — была великолепной лучницей и билась сразу на двух клинках, что вызывало у Конана искреннее уважение к бравой соратнице: раньше киммериец полагал, что подобного совершенства во владении оружием могут достичь только легендарные амазонки.