Крысиный бег lV (СИ)

Вот и конец. Никогда не думал, что сдохну вот так. Преданный друзьями и выброшенный на дно словно мусор. Да уж! Самое время для самобичевания и жалости к самому себе. Хотя, что ещё остаётся делать…

Голову снова сдавило тисками, в ушах глухо застучало возрастающее давление, сердце громко забило в грудь. Бесславная кончина для такого неплохого парня (каким я себя, безусловно, считаю) – быть залитым живьём расплавленным свинцом и выброшенным в реку. Это тебе наука на будущее, дружище, никогда никому не верь, даже друзьям!

Я мысленно потянулся к узору, который нанес на свою грудь ещё 20 лет назад, и замер в нерешительности, прогоняя в памяти всю свою никчёмную жизнь в этом городе. Все мои 40 годков.

Приют, побои, школа, побои, бесконечные катакомбы, разрушенный мир, в котором мы жили словно крысы. Пепел, смог, стёртые с лица земли города и серый горизонт – всё, что осталось после войны магов, которую они устроили пару-тройку столетий назад. Сраные маги! Чтоб они все сдохли! Ах, да! Уже.

Моя первая подростковая банда. Борьба за выживание, за место в пищевой цепочке, подъем по небольшой карьерной лестнице от солдата до бригадира моей маленькой группы. Весёлая, бурная, безжалостная и опасная жизнь в умирающем мире.

Уникальный 31-й век – расцвет или закат цивилизации? Смотря, с какой стороны посмотреть. Да и мне теперь всё равно! Всё из-за предательства Соя. Говёный французик! Никогда нельзя верить французам!

Сой! Братишка, напарник, лучший и самый преданный друг. Сколько мы с ним прошли и пережили, с самого приюта прикрывали спины друг другу! Сколько раз я его выручал, подставляясь сам! Сколько… Да пошёл он! Долго он протянет без меня, пока его, словно куклу-петрушку, не натянет на свой толстый хер Меченый, вожак конкурирующей с нами бригады? Думаю, не долго.

И после всего, что мы вместе пережили, он закатал меня в свинец и бросил в Дунай? Тварь! А главное, зачем? Хотя, какая теперь разница! Теперь тебе никто не прикроет спину, Сой. Ты сам выбрал этот путь. Только это меня и радует!

Голова опять закружилась, и я снова потерял сознание. И снова сдох! В который раз уже? В тысячный? И снова воскрес. Полный сил и бодрости, с равномерно отстукивающим новые секунды жизни сердцем. Надолго? Минуты на три максимум, пока снова не сдохну от недостатка кислорода в крови. Как это вообще работает? Долбанная регенерация! Откачивает меня постоянно и вытаскивает снова и снова с того света.

Я снова потянулся к узору, нет больше смысла тянуть – я больше не жилец. Из этого свинцового куба мне не выбраться. Активация узора, двенадцатого узора, единственного не активированного за всю мою жизнь.

Узор последнего шанса, или второй попытки. Его называли по-разному. И узор перерождения, и узор новой жизни, и узор окончательной смерти. Поговаривали, он даёт вторую жизнь или второй шанс, перерождает владельца в новом теле. То ли в зародыша, то ли в тело нового подходящего носителя. Или просто убивает.

А ещё, говорили, он не работает, никто ещё не перерождался после его использования. Никто и никогда ещё не смог ни подтвердить, ни опровергнуть его работу. Никто не решался его использовать, а кто использовал, тот не мог уже ничего никому рассказать. Были, конечно, и те, кто утверждал, что именно они переродились, но это всё на уровне слухов и сказок. Никто им не верил.

Но в моём случае это уже не важно, у меня просто не было другого выбора. Я умирал десятки раз от расплавленного жидкого и обжигающего металла, пока он не остыл, пока меня живьём заливали в глиняной квадратной форме, а затем сотни раз от удушья в этом тесном свинцовом гробу, и понимал, мне отсюда не выбраться. Никогда!

Я закрыл глаза, отдаваясь неимоверной всепожирающей боли. Узор начал действовать…

* * *

Я открыл глаза и уставился в розовый потолок. Не знаю, что меня больше поразило, то, что он розовый или то, что у меня есть потолок. Чистый, без единой подпалины и скола, без копоти, плесени и грязных потёков. Такое бывает вообще?

Резко сел на кровати и огляделся. Просторная, чистая и светлая комната, большие окна от потолка до пола, кровать, большой шкаф с зеркалом, письменный стол из цельного дерева – настоящая роскошь! Типичная комната подростка, хотя хер его знает, может и не типичная. У меня в этом возрасте была комната в подвале заброшенного бомбоубежища, которую мы делили с ещё дюжиной таких же оборванцев как я.

На стене куча плакатов оголённых по пояс парней, выпячивающих свой идеальный нарисованный пресс. Несколько плакатов мальчишек с гитарами, барабанами и ещё какой-то музыкальной хренью. Идолы современной поп-культуры. В углу ещё один небольшой столик, на этот раз с зеркалом и кучей взгромоздившихся на нём баночек, бутылочек, коробочек… Какие-то все бабские…

– Ебать! – Выругался я вслух, ощутив холодок, пробежавший по моему хребту. – Я вообще парень или девка?

Рука сама собой нырнула в штаны и удовлетворённо замерла там. Пацан! У вас мальчик!