Крылья хранителей

– Перед образом Лейтиш Милосердной клянетесь ли вы…

Только бы успеть! Сердце колотится.

Я молюсь лишь об одном – чтобы церемонию успели закончить. Тогда он не сможет забрать меня, у него не будет права.

– Клянусь, клянусь… – быстро говорит Ренан, нервно поглядывая на небо за стрельчатыми окнами. – Давайте скорее!

А я так надеялась, что мы сможем сделать все тихо и незаметно, мне ведь долго удавалось прятаться. Но что-то пошло не так. Я уже видела сверкнувшую молнию, а это значит – он близко. От него не скрыться, он уже летит к нам. Не только я чувствую его приближение, он сам уже учуял добычу.

Я – его добыча.

– Милорд! – лицо жреца кривится. – Попрошу вас соблюдать священный порядок и с должным уважением относиться к клятвам. Иначе я сочту это оскорблением богов и буду вынужден отказать вам в проведении церемонии и свершении таинства. Повторите, пожалуйста, за мной: «Я, Ренан Ойгриг, перед образом Лейтиш Милосердной торжественно клянусь…»

– Да, да! Я лорд Ренан Ойгриг клянусь быть щитом и опорой для Ивы Бейтериш, и беру ее…

– Лорд Ойгриг! – недовольно прервал жрец. – «Перед образом Лейтиш Милосердной торжественно клянусь!»

Молния шарахнула совсем рядом с храмом, от раската грома дрогнули стены.

Ренан едва не подпрыгнул в панике.

– Да вы издеваетесь?! – завопил он.

– Тише, – шепнула я, взяла его за руку. – Нам надо быстрее завершить. Возьмите себя в руки. Лишь несколько слов…

Нет, я не люблю его. И он меня тоже. У нас с лордом Ренаном чисто деловое соглашение: он защищает меня от проклятого охотника, лорда-хранителя, а взамен получает мою силу для личного пользования и своих земель. Если, конечно, лорд Торкул, хранитель Севера, не испепелит его на месте. Кто знает… я слышала о нем разное. Еще недавно Ренан считал, что дело стоит того, чтобы рискнуть, я – очень выгодное приобретение. Но сейчас, кажется, сомневается.

– «Перед образом Лейтиш Милосердной»… – шепотом говорю я. – Помните о том, что я сделаю для вас.

Ренан смотрит на меня почти затравленно, моргает, но все же собирается, делает глубокий вдох, потом выдох. О храбрости речь не идет, скорее жадность.

– Я, лорд Ренан Ойгриг, перед образом Лейтиш Милосердной торжественно клянусь быть щитом и опорой для Ивы Бейтериш, беречь ее жизнь и честь, как свои, заботиться о ней в горе и в радости, и беру ее в законные жены. Пусть боги будут свидетелями!

Его голос, едва не сорвавшись на высокой ноте, замирает в тишине.

Ренан волнуется. Любой бы волновался на его месте.

– Хорошо, – медленно, едва не по слогам, говорит жрец. – Теперь вы, Ива Бейтериш, перед образом Лейтиш Милосердной, клянетесь ли вы?

Удар там, снаружи, земля вздрагивает. Словно гора рушится на землю. И вспышка света, столь ослепительная, что проникает даже сюда.

Вот и все. Он здесь.

– Я, Ива Бейтериш, перед образом Лейтиш Милосердной клянусь чтить и уважать лорда Ренана Ойгрига, – говорю быстро и внятно, – подчиняться ему, быть прилежной женой, и хранить его честь, как свою. Боги свидетели!

Я никого не беру в мужья, это меня берут, я только подчиняюсь. Но сейчас формальности не важны, важно – успеть закончить.

– Ну? – нервно требует Ренан.

Жрец, поджав губы, смотрит на ворота храма, ожидая, что они сейчас откроются. Я слышала, у него свои счеты с лордом-хранителем, но он тоже не хочет нарываться на неприятности.

Я почти чувствую, как охотник идет. Толкаю почти мужа в бок.

– Тысяча орлов сверху! – быстро говорит Ренан.

Жрец вздрагивает. Мгновение ему нужно, чтобы собраться.

– Объявляю вас мужем и женой! – громко говорит он. – Боги свидетели! Отныне, только смерть разлучит вас! Омойте руки священной слезой Лейтиш.

– Остановитесь! – громом раздается от дверей.

Но я уже хватаю Ренана за руку и макаю в священную чашу. Слезы Лейтиш благословляют нас, проступая рунами на тыльной стороне ладони.

Дело сделано.

– Отойди от нее! – требует лорд-хранитель.

– Она моя жена, лорд Торкул! – голос Ренана чуть подрагивает, но он вытягивает руку вперед, показывая светящиеся знаки. – Даже вы теперь ничего не сможете сделать!

– Я убью тебя, а ее оставлю вдовой. Только и всего.

– Вы не имеете права! – уверенности в голосе Ренана нет, он бросает взгляд на жреца, вытянувшегося у алтаря, обводит взглядом собравшихся.

Нет, лорд Торкул не посмеет убить его сейчас, это слишком даже для такого, как он. Да, хранитель всегда представляет власть, он наместник Северных островов, судья и защитник, но даже он не имеет права нарушить закон.

Лорд Торкул идет сюда.

Его глаза горят голубым огнем, совсем не по-человечески, даже немного страшно смотреть. По темно-синему оперенью его плаща пробегают крошечные молнии, мелкие перышки топорщатся… Говорят, это оперенье убьет любого, кто неосторожно коснется, поэтому люди в храме поспешно освобождают лорду путь. На самом деле, он не имел права являться так, в облачении, среди людей.

Даже жрец делает шаг назад.