Крушение или мир в котором ты живешь

Коханова Ирина Вячеславовна (Айрин Кох) родилась в 1975 году в Волгограде. Поэт, писатель, мама, любитель путешествий и животных. Пишет о приключениях в реальном и выдуманном мире,находит новое, иногда неожиданное объяснение известным археологическим находкам и явлениям в настоящем. Большую часть жизни проработала в должности управляющего. Печаталась в альманахе «Золотая строфа» в 2010, выпустила сборник стихов «Перебирая лепестки ромашек» (2014г.).

Боль…. Боль взорвалась в голове тысячей мелких иголок… Что же это такое? Я опять уснула с книгой в неудобной позе? Нет… Я явно в лежачем положении, причем на жесткой поверхности и лицом вниз… Вода? Сквозь боль продирался шум волн или это так в голове шумит спросонья? Пытаюсь открыть глаза… Боль! Резкая! Ослепляющей вспышкой бьет по глазам. Пытаюсь проморгаться, глаза привыкают к яркости солнечного света. Солнце? Медленно, очень медленно в голове всплывают обрывки воспоминаний…

Самолет… Я пристегиваю себя ремнем. Впереди ребенок лет пяти выглядывает над сиденьем и женщина миловидная с такими же темными кудряшками пытается его урезонить, заставляет сесть прямо. Напротив мужчина с военной выправкой, уже с проседью, но по внешности нельзя точно сказать какой возраст (в хорошей физической форме) примерно от 40 до 50, подмигивает карапузу. Слова глухим стуком отдаются в голове: «не боишься летать?»… Пелена…. Куски памяти дают новую картинку – парень стюард наклоняется к женщине с ребенком: «не волнуйтесь, все в порядке, сейчас выйдем из этой зоны…»…. Мгновение… Полная темнота, тишина… Все остальное как в замедленной съемке: толчок и вспышка яркого света… я падаю вниз в кресле, вижу облака, ледяной воздух не дает дышать… Самолет просто разломило на две половины и я на изломе…. Темнота… Кажется я потеряла сознание и даже не поняла как умерла… Если умерла, то почему так больно!

– Оу, очнулась? Думал напрасно нырял за тобой, – кто-то пытается шутить?

– Это что новый вид божьего суда? – мой голос звучал хрипло, ужасно хотелось пить, перед глазами пока еще все сливалось.

Попыталась приподняться, тело ломит как после жесткой тренировки в спортзале… Немного прихожу в себя, фокусирую взгляд перед собой. Цветное пятно приобретает четкость – стюард. Ну, конечно, услуги аэропорта и в преисподней!

– Боюсь, туда мы еще не добрались, – он улыбается. Я что это сказала вслух? Вот же… теперь неудобно перед парнем.

– Что случилось? Где мы? – осматриваю место пребывания. Плот? Нет, похоже на обломок от самолета, небольшой, кажется стенка иллюминаторы под ногами. Парень мрачнеет.

– Не знаю. Должны были по времени лететь над Омском, но моря там точно нет… Если бы верил в сверхъестественное, сказал бы, что прорвали пространство. Вспышка была мощная, пространство практически разделилось на две плоскости. Не видел бы собственными глазами – не поверил бы никогда. Самолет просто как бумагу разорвало, я успел вцепиться в соседнее с тобой кресло. Не удержался, меня снесло почти перед самой водой, но тебя успел отстегнуть. Видел, как мужик прыгнул к излому и зацепился за кресло с ребенком. Вода ледяная до чертиков! Немного покружил, пока основная часть под воду не ушла, потом увидел, что один обломок плавает и устроился на нем. Тебя по пуховику увидел. Он раздулся над водой как желтый гриб. Пришлось снова нырять. Повезло, что в этой части ящики для вещей остались, нашлось пару одеял и вещи. В наших мокрых не протянули бы долго.

– Я долго в отключке была?

– Часа четыре, если я правильно ориентируюсь по солнцу.

Что происходит? Я в пять должна была прилететь в Москву. У меня сгорает билет до Рима! Пересесть теперь точно не получится. А там я пролетаю и с оплаченной гостиницей… Копила на этот отдых три года, хотела погулять по Италии на всю катушку. Погуляла… Отпуск пройдет на больничной койке. Да о чем я думаю? Я только что избежала смерти! Озноб прошиб от осознания, что могла, как другие, больше никогда не открыть глаза… Другие!

– Больше никого нет в воде? – я осмотрелась.

– Не видел. Вёсел здесь нет, так что наш плот мало управляем, да и рисковать особо боюсь, каким чудом он держится на воде, не знаю. А судя по тому, что наш самолет будут искать явно в другом месте, данную посудину надо беречь.

Кусок обшивки небольшой, навскидку, метра три на два или два с половиной, из-за загнутой формы сразу не скажешь. Да и ящики для сумок занимали часть пространства.

– Надо разобрать все сумки, может, найдем что-нибудь полезное. Понимаю, напоминает мародерство, – заметив мой взгляд, постарался оправдаться мой спаситель, – но нам нужно выжить пока нас не найдут. Мой телефон промок. Если повезет, и после просушки он все-таки включится, то считай спасены. Но может, найдем еще, как дать о себе знать…

Я кивнула. Он прав. Мы должны выжить. Я попыталась встать, но стюард меня остановил.