Кровник

Его взгляд, на удивление спокойный, но, одновременно, и презрительный к предстоящей смерти, в глазах плавает ненависть. Он висит в полуметре от земли, прижатый моей рукой к стволу дерева, задыхающийся от нехватки воздуха. Еще немного — и я его удавлю. Мне хочется продлить это ощущение всевластья над жалкой человеческой душонкой. Я настолько упоен предстоящей победой, что не замечаю его руку, короткое и резкое движение, после чего мой бок взрывается болью, острой и продолжительной. Холодная сталь клинка проникает между ребер, режет плоть, и еще немного — доберется до сердца. А человек беззвучно смеется — смех плещется в его глазах — и давит на рукоятку ножа, распарывая бок и расширяя рану. Мне больно, хочется бросить врага и зажать рану. И я поступаю единственно верно: отрываю его от дерева, перехватываю за туловище и с бешеной силой кидаю на поваленный ветром огромный ствол. Слышится хруст позвоночника, человек обмякает и умирает, так и не выдернув свой нож из моего тела….

— Почему бы тебе вновь не попробовать себя в деле? — спросил мой давний товарищ, сбрасывая с меня морок прошлого, попивая коктейль из дикого сочетания несмешивающихся цветов. Он отхлебнул еще один глоток и отставил узкий высокий стакан на край столика.

Я пока ничего не отвечал, анализируя слова Баалса, нет ли в его предложении двойного подтекста, нет ли намека на мое желание сложить с себя титул Высшего. Не привык, знаете ли, поддаваться первому душевному порыву. Не те годы. Это в молодости все подвержены эмоциональным выплескам, готовы тут же продемонстрировать небывалые возможности. Почесав третьим отростком щеку, отходя от внезапно всплывшего видения, казалось, забытого под спудом времени, я задумался.

Отставной офицер из Бригады Вторжения, я уже два солнечных цикла[1] грею бока на пляжах изумрудно-зеленого океана, раскинувшегося вдоль экватора. Тепло, светло, тишина на арендованном острове. Где-то в густой чаще широколиственных деревьев бегают детишки. Жены торчат в бунгало, треплются языками. Скучно? Кому как. Знаете, когда изо дня в день рискуешь жизнью, спускаясь на чужеродную планету для захвата плацдарма, видишь гибель товарищей — психика все равно меняется не в лучшую сторону. Наша нервная система имеет тройную степень защиты, сохраняет возможность здраво мыслить в момент ураганного выброса адреналина, поэтому мы довольно стрессоустойчивы.

Думаете, я после отставки так и продолжаю коптиться на пляжах? Плохо меня знаете! Война приучает к постоянному поиску опасностей, а где их взять в нашей спокойной жизни? Вот и вступил я в Стаю Свободных Охотников, сначала ради любопытства, а потом втянулся. Сначала в роли новичка на побегушках у очень старого и матерого Зенга помогал ему в охоте на представителей местной живности на одной Создателем забытой планете. Добыли пару хороших экземпляров. Череп одного из них стоит у меня в коллекционном шкафу на видном месте. Первый трофей.

А потом закрутило-завертело. Я увлекся настолько, что с наступлением дождливого сезона на Фомальпасе, улетал на другие планеты поохотиться. Наши космические технологии позволяли долетать даже до самых окраин Галактики. Почему бы и не воспользоваться возможностью разогнать кровь, вспомнить боевую молодость?

— Почему ты спросил меня об этом? — все же решил я выяснить подоплеку вопроса у своего товарища.

— Три последних цикла Стая задает один и тот же вопрос: почему Высший прекратил охоту? Он надумал выйти из Стаи? — Баалс отогнал своей верхней конечностью навязчивую муху, кружащуюся над его встопорщенными ушами.

Есть такая заморочка в бюрократическом механизме нашей организации. Если Высший — неимоверно высокое звание для охотника! — пять последних циклов устраняется от охоты, его лишают звания и переводят в низшую категорию. А помощником, чтобы снова заработать титул, мне уже не хочется быть. Приелось все. Вот главная причина.

— Ты ради этого прилетел на остров? — пришлось удивиться мне. — Я пока в раздумьях, куда бы податься. Маршруты других планет уже натоптаны, интереса нет.

— Ты лукавишь, Высший, — Баалс почтительно сложил верхние конечности ладонями вместе, — и знаешь прекрасно, где можно прекрасно поохотиться.

— Оксигенус? — хмыкнул я. — Болваны, почему вас туда так тянет? Лично для меня ясно: где мы потеряли пару наших братьев — это сигнал к детальному изучению особей, умудрившихся завалить Высших.

— Комиссия тщательно изучила все данные, полученные по каналам связи, и пришла к выводу, что среди обитателей Оксигенуса всегда находится какое-то количество особей, превосходящих по физическим и моральным качествам наших охотников. Нарвались, что поделать, — Баалс тяжело вздохнул и снова присосался к коктейлю. — И тем приятнее получить трофей оттуда!