Кровавая Обитель

Время все обдумать и немного прийти в себя у меня было до обеда. В конце концов, я решила, что пока позволю себе просто плыть по течению. Может, жизнь сама подскажет, как лучше поступить в сложившейся ситуации. А в двенадцать вошла Базиана и спросила, готова ли я теперь принимать пищу в обществе остальных домочадцев Кровавой Обители.

Я подумала о том, что собой представляет эта самая пища, и поморщилась. Надеюсь, что те, кто уже перешел за первую стадию перерождения, все-таки питаются отдельно. Но причин отказываться не было. К тому же долго оставаться в одиночестве я никогда не любила. Общение мне необходимо, как воздух. И я сообщила наставнице, что готова.

По дороге Базиана немного развеяла мои опасения. Сказала, что кровь в пищу новообращенных подмешивают только во время завтрака. А его приносят лично каждому в комнату. В остальное время питаются члены нашей группы, как обычные люди. Те, кто уже прошел самую сложную стадию перерождения — вторую — поначалу едят тоже в своих комнатах, пока не привыкнут к переменам. А потом делают это за отдельным столом, как и наставники. Но что в любом случае живых людей в трапезной в качестве блюд не подают. Это Базиана сказала, уловив яркий образ в моей голове, который помимо воли вырисовался.

Стараясь не замечать насмешливого выражения на ее лице, я глубокомысленно кивнула.

Двери трапезной, находящейся на первом этаже особняка, были гостеприимно распахнуты. Оттуда доносилось позвякивание приборов и негромкий гул голосов. Как ни старалась, я не смогла подавить охватившую меня робость, когда вслед за Базианой переступила порог помещения.

Просторное светлое помещение зрительно делилось на три части благодаря трем столам, за которыми сидели согласно тому делению, о каком говорила Базиана. За одним — наставники, за другим — старшие перерожденные, за третьим — группа новичков. Пока я заметила за третьим столом только девчонок и Гая. Остальные еще не подтянулись.

Интересно, а куда поместят Моль и Асдуса? Они вроде как не входят ни в одну из групп. Но спрашивать об этом не стала, стушевавшись под устремленными на нас взглядами. В конце концов, потом сама увижу, куда они сядут.

Опустив глаза — так легче было делать вид, что никто на меня не смотрит, — я двинулась к столу нашей группы. Базиана же присоединилась к наставникам. Плюхнувшись на стул рядом с Криспиной — единственной за столом, кто одарил меня приветливой улыбкой — я некоторое время не решалась поднять глаза. Немертвый слуга уже через несколько секунд поставил передо мной тарелку с дымящимся мясным рагу и горячий травяной отвар.

Я механически поблагодарила, хотя понятия не имела, нужна ли моя благодарность живому трупу. Интересно, разум у них есть хоть какой-то? Или они только могут приказы выполнять? На всякий случай поставила барьер. А то вдруг и немертвые умеют мысли читать. Вряд ли, конечно, но все-таки.

— Ты чего такая кислая? — спросила у меня Криспина.

— Кадор достал, — ограничилась я полуправдой, поднимая глаза от тарелки. Обведя ими помещение, с облегчением увидела, что на меня больше никто не смотрит. Все вернулись к поглощению еды и разговорам. — Представляешь, я теперь буду заперта в своей комнате, когда он того захочет! Ему ключ дадут от моей двери. — Криспина возмущенно вскинула брови. Я же тяжело вздохнула. — Так что не думаю, что мне удастся выбраться сегодня ночью.

— Думаю, Асдус что-нибудь придумает, — убежденно сказала она и ее глаза заблестели.

Да, похоже, крепко запала на рыжего демона! Может, и правда, придумает? Асдус изобретательный тип, что ни говори.

Я немного повеселела, надеясь, что ночью смогу хоть немного отвлечься от тяжелых мыслей. И повеселела еще больше, когда увидела, что вошедший Кадор не стал садиться за наш столик, а присоединился к наставникам. Похоже, жизнь налаживается! Моли по статусу и виду еды не положено с нами сидеть. Как же меня это радовало! Я даже стала с интересом разглядывать сидящих за другими столами — вернулось привычное любопытство. Пыталась найти отличия новообращенных, перешедших на третью стадию, от обычных людей и от нас.

Их кожа казалась неестественно гладкой, будто мрамор. Бледность усилилась, придавая лицу сходство со скульптурным изваянием. Но все же в них оставалось достаточно человеческого. Движения не такие сверхъестественно быстрые, почти неуловимые, как у полноценных вампиров. И мимика более оживленная. Я приглядывалась к их ртам, пытаясь разглядеть клыки, но ничего не замечала.

Может, клыки высовываются только во время высасывания крови из живого существа? Надо будет как-то спросить об этом Базиану. Пока же они мало чем отличались от нас. Разве что тем, что перед ними стояли чаши, а не блюда с нормальной едой. Интересно, красная жидкость в чашах — все еще сок ганны или уже кровь?

При мысли о крови ощутила дурноту и поспешила отогнать эти мысли. Переключила внимание на наставников.