Кровавая Княжна

Каяра стояла в дальнем углу зала Совета. Она тщетно пыталась спрятаться от ярких солнечных лучей, заполняющих все пространство этого и без того светлого помещения. Наследница клана Ринса томилась в ожидании правителей Триединства. Она изнывала от этой необходимости, стоять тут без дела в гордом одиночестве, пока все соберутся. Единственной компанией ей была собственная боль от недавно полученных ранений и безудержный поток мыслей в ее голове. Она раз за разом прокручивала в памяти недавнее событие, о своем отношении к которому она так и не смогла пока определиться. С одной стороны, она была несказанно рада получить хоть какую-то подсказку и стать ближе к своей цели, но с другой, она понимала, что все, что ей удалось узнать, лишь еще больше запутывало следы, ведущие к ее врагу.

Наконец-то двери зала отворились и в них влетели не на шутку перепуганные члены Верховного Совета.

– Закрывай! – скомандовал Листат Ривгард, с интересом, заглядывающим через проем, стражам.

Каяра невольно подумала о том, какие сплетни уже роятся в Аресале. Ведь они с Володаром были вынуждены пройти через весь замок, привлекая к себе всеобщее внимание. Конечно, перед глазами его вечно скучающих жителей предстала весьма интересная картина: несовершеннолетняя ведьма, закутанная в огромный кожаный плащ и израненный взрослый вальмирий, колорит их появления просто зашкаливал. Только боги знают, какую изощренную предысторию нарисовало воображение ее свидетелей. Но сомнений в том, что сенсация уже разлетелась во все уголки острова, у наследницы крови Ринса не оставалось.

– Что… произошло? – прерывисто спросила Кларисса, запыхавшись после дороги.

– А Володар разве ничего не сказал? – удивилась Каяра.

– Сказал! – воскликнул Артур. – Сказал, что в стенах замка шпионы калгалы! И что на тебя напали! Прямо в Аресале.

– Так и есть.

Каяра скинула с себя кожаный плащ своего мучителя и продемонстрировала им свое искалеченное тело. Раны от кольев на ее руках и ногах уже почти затянулись, остались лишь розовые следы, перепачканные кровью. А вот разрезы на ее животе лишь только начали стягиваться, через изрезанную майку просматривалось весьма жуткое зрелище. Казалось, что живот девушки пропустили через мясорубку, хотя в каком-то плане так оно и было. Раздвоенное острие копья сделало свое дело. Даже после полученной крови от своего нареченного, ее тело с трудом справлялось с нанесенным уроном.

– Какой ужас! – воскликнула королева ведьм, прикрывая ладонью рот, словно сдерживая вырывающийся наружу крик.

– Вам нужна помощь! – среагировал Ривгард.

– Нет, раны уже затягиваются, через пару-тройку часов я буду в полном порядке, – успокоила его вальмирия, думая о том, какую помощь ей могли оказать в Аресале. Вряд ли здешние врачеватели имели хоть какое-то понятие о том, как лечить подобных ей, особенно, когда речь идет о потомке крови Ринса.

– Как такое могло произойти?

– Я тоже не ожидала ничего подобного так скоро, но видимо, я слишком сильно ослабила свою бдительность.

– Я не понимаю, кто мог совершить подобное с вальмирией? – спросил король оборотней, внимательно оценивая масштаб ее повреждений.

– Динар Живин.

– Не может быть! Живин?

– Я в жизни не поверю, что ученый мог сделать такое! – Берильская не верила своим ушам. Тот, кого она знала, просто не мог навредить никому живому, в ее понимании. Но вот картина в ее голове, как оказалось, совсем не соответствовала действительности.

– Факт остается фактом, – продолжила Каяра. – Динар был слугой калгалы.

В зале повисло молчание. Осознание того факта, что калгала смог незаметно пустить корни в неприступной крепости, приводило членов Совета в шок.

– Может быть, вы объясните нам, наконец, что именно произошло? – первым пришел в себя Листат.

Наследница клана Ринса с ненавистью сжала в кулаке плащ своего мучителя. Ей было тяжело рассказывать о том, что произошло в оранжереи, но не из-за того, что воспоминания приносили ей боль, скорее они пробуждали в ней злость. Злость на свою собственную невнимательность, злость на то, в каком положении она вообще позволила себе оказаться.

– Сегодня утром Динар сказал, что весь его урожай резигоды подхватил какую-то заразу, и я предложила ему свою помощь, – начала Каяра, опуская тот момент, что она предложила помочь ученному, преследуя собственные цели. Ей хотелось побыть в его оранжереи, скрываясь от всех запахов на Аресале, а именно от аромата крови их третьего генерала, который, к слову, не так давно стал ее нареченным, но это все Совету еще пока знать рано. На сегодня хватит и того факта, что их безопасный дом оказался и не таким уж непреступным. – Думаю, он сам испортил свой урожай, заранее перенеся его в темное помещение, лишив солнцелюбивое растение света, а также оставил на несколько дней без воды. Я не сразу это заметила, к моему стыду, я потеряла бдительность, и расплата за это не заставила себя долго ждать.

– Можно ближе к делу, Княже? – поторопил ее Артур.

И тут Каяра поняла, что ее внутреннее самобичевание уже начало просачиваться наружу. Когда она успела так размякнуть?