Кровь Василиска

Я знал, что умру молодым.

Всегда.

Три точечных удара поразили горло, сердце и печень.

Гильдия убийц решила действовать наверняка. Яд красноцвета на лезвиях клинков, блокирующий магию, свитки высшей невидимости, позволяющие не только становиться невидимым, но и стирающие все запахи, тепло человеческого тела, и даже слепок ауры.

И, разумеется, три ассасиарха.

Они думали, что у меня просто не будет шансов. Наивные.

Я немного сместил тело, чтобы удар, нанесённый в сердце, не был смертельным. Такому нас учили в гильдии.

Также, клинок, которым мне пронзили шею, не нанёс мне мгновенную смертельную рану и не будь у меня поражены сердце и печень, я бы даже смог выжить, благодаря магии, разумеется.

Укол в бок вообще можно было бы проигнорировать, если бы не особая форма лезвия ассасиарха, сделанного в форме волны.

Удар таким клинком обычно, в нужное место, — это смертный приговор, который и так уже был подписан, как только я заикнулся о том, что хочу отойти от дел.

Я усмехнулся про себя.

И на что я только надеялся? Из гильдии нельзя уйти, и в этом я сейчас убедился на собственной шкуре.

Сколько они думали мне там осталось жить: две — три секунды?

Время вокруг меня, казалось, остановилось. За какое-то мгновение передо мной пронеслась вся моя жизнь, прожить которую я не пожелал бы никому.

Даже своим убийцам.

А все из-за проклятого дара, с которым я был рожден в одной из самых дешевых комнат самой захолустной таверны Редстоуна.

Самый южный город империи Шиван всегда славился своей роскошью и богатством. Но, как всем известно, у огромных дворцов, дорогих таверн, садов, монументов и фонтанов была и обратная сторона монеты.

Если центр города утопал в богатстве, то окраины прозябали в кромешной нищете.

И вот на грязных простынях обычной деревянной лежанки, проеденной жуками и ставшей домом для нескольких сотен постельных клопов, появился ребёнок, мать которого умерла от потери крови во время родов. Этим ребенком был я.

Не знаю, была ли это удача или, наоборот, злой рок, но мне удалось выжить. Меня вскормила дочка молочника, которая пару дней назад потеряла собственного грудного ребенка. И чтобы хоть как-то заглушить её горе, её отец выкупил меня за серебряник у повитухи, принявшей роды.

Вот только в семью молочника я принес лишь несчастье. Открытие у него магического дара стало смертельным приговором для всей семьи, приютившей маленького меня. Такие дети, как я, всегда ценились, особенно когда они рождались у обычных людей, а не дворян. Платили за них полновесным золотом, но обычно не членам его семьи, а «перекупщикам». Семью просто убивали, чтобы не было лишних проблем. В итоге, вскоре я оказался в гильдии.

Дальше шли суровые тренировки, парочка побегов, которые всегда пресекались и серьёзно карались, потом первые заказы на убийства.

Благодаря своему магическому дару, который, казалось, был создан для убийств, уже будучи юношей, я быстро продвигался по карьерной лестнице и уже в шестнадцать стал одним из самых сильных ассасиархов гильдии.

Далее снова долгая череда из заказных убийств и роковая встреча. Казалось, такое могло быть только в дешевых книжках, но… Убийца не смог, точнее, не захотел устранить свою цель и, влюбившись в неё, решил завязать.

Вот только у наших старейшин было другое мнение. Уйти из гильдии можно было только «вперёд ногами». Сначала они убили мою любовь. Затем всех, кто был мне не то, чтобы дорог, а просто был знаком.

После этого я сам пришёл к ним. Старейшины умерли в муках, верхушка гильдии была устранена. Я сам чуть не подох, но выкарабкался. Без радости, без надежды, без смысла жизни… Зато, живой.

Я думал это конец. Но не тут-то было. Я совсем забыл про Арахеза- бывшего главу гильдии, который ушёл на заслуженный отдых. Дряхлый старик с чёрным сердцем. Казалось, он и соображать-то уже не мог. Оказалось, это не так. И всё началось снова…

Я убивал всех, кого присылали убить меня. Меня гнали по миру, а я пытался найти логово Арахеза. Один я против множества организованных убийц. Я почти успел… почти…

Сейчас я привычно потянулся к своему внутреннему ядру и… не почувствовал от него отклика! А потом заметил знакомый амулет, который висел на шее у одного из моих убийц. Самая большая ценность гильдии, в котором, я достоверно это знал, — остался последний заряд. Ведь предпоследний использовал лично я три года назад, когда убил Верховного Мага Андалуза — человека, считавшегося бессмертным. И последний заряд они решили потратить на меня? Серьёзно⁈

— Кха, — я сплюнул кровью и улыбнулся.

Я ни о чем не жалел. Впервые за всё время, которое прожил, я испытал такое чувство, как любовь. И это было лучшее, что случалось со мной.

У меня оставалась лишь секунда и я знал кое-что из того, что не знали другие. У этого амулета был один «нюанс». Я чуть было не прочувствовал его на своей шкуре, но Андалуз умер быстрее, чем смог уничтожить своего убийцу. То есть, меня… Я же успею. Да, я уже не смогу выжить, но…

Я влил всю оставшуюся жизненную энергию и ману в магическую печать на моём теле.