Кровь и Звёзды

Я начинаю задаваться вопросом: по прежнему ли я Блекджек? На моей кьютимарке всё те же дама и туз. На мне та же броня охраны, хоть модифицированная и вся в заплатках. Я всё ещё не самая умная пони, и у меня ужасная привычка сваливать в одну кучу полуосмысленные идеи и называть это планом. В общем, у меня всё те же ослиные мозги, и с этим ничего не поделаешь.

Мне не раз приходилось убивать пони после того, как я покинула Стойло. Приходилось, конечно, и до этого, но тогда я прикрывалась красивыми словами о «списании» и «самозащите». Теперь я лишь убивала, просто и без прикрас, из дробовика или карабина, пожарным топором или даже голыми копытами, если требовалось. Меня стал сильнее беспокоить вопрос выживания. В Стойле Девять Девять каждый боялся лишний раз чихнуть, чтобы всё не развалилось. Теперь же за мной охотились ради крышек. Чёрт, даже сама земля могла меня прикончить! Как и часовая бомба внутри меня, которая либо убьёт сразу, либо превратит в мутанта, а потом всё равно убьёт.

И всё же, проводя большую часть своего свободного времени в полумертвом состоянии, я стала гораздо лучше чувствовать то немногое, что у меня осталось. Относительно.

Я изменилась. Стала больше думать, хотя всё равно остаюсь глупой пони. Просто мне не всегда ясно, что к чему. Мне не всегда удается вникнуть в суть вещей, хотя стоило бы. Я стреляю или бью, вот и всё.

Я заметила, что теперь мне не всё равно. Забавно думать, что покинув Стойло, я перестала быть такой чёрствой, как раньше, но так и есть. Мне жалко тех пони, которые пытаются меня убить; безумие, не так ли? Они пытаются меня убить, а мне их из-за этого жаль.

Но возможно, на самом деле я не меняюсь. Возможно, я просто начинаю понимать, что та пони, жившая в Стойле, была совсем не той, кем я её представляла. Но если это так… то кем же она была?

На то, чтобы спуститься с крыши, ушло некоторое время. Ходьба не была проблемой; я уверенно держалась на ногах, и в момент гибели Деуса обрушилось столько стен, что образовался склон, по которому можно было спокойно сойти вниз. Проблемой было просто найти в себе силы встать и спуститься на улицы под нами. Пока я продолжала сидеть, уставившись в дождь, П-21, как всегда практичный, ушёл откапывать Зодиака, чтобы обыскать тело. Я не могла винить его за это; рано или поздно всё равно кто-нибудь обобрал бы труп зелёного жеребца. В рюкзаке Тауруса нашлось несколько ракет и два десятка патронов для его охотничьей винтовки.