Крошка, ты была бесподобна !

Кейт Уилхелм

Крошка, ты была бесподобна!

Джону Льюисону казалось, что, если хлопнет еще хотя бы одна дверь, или раздастся хотя бы один телефонный звонок, или хотя бы один чей-то голос спросит, как его самочувствие, он просто сойдет с ума. Оставив лабораторию, Джон прошел по ковру к лифту, бесшумно открывшему ему навстречу свои двери, и плавно спустился на два этажа, где пол в фойе тоже устилали ковры. Джон толкнул дверь с табличкой "Смотровая". Три секретарши в приемной, прекрасно знавшие, что им лучше молчать, пока он не заговорит с ними сам, без звука пропустили его дальше, хотя они и были немало удивлены, увидев его: последний раз он тут появлялся семь-восемь месяцев назад. Затемненная комната, куда он вошел, на первый взгляд казалась пустой, и только когда глаза привыкли к темноте, Джон заметил сидящего там человека.

Не произнося ни слова, он сел рядом с Хербом Джевитсом. Херб, надев на голову шлем, смотрел на широкий экран, представляющий собой стеклянную панель с односторонней прозрачностью, который позволяет видеть то, что происходит в соседней комнате. Джон надел второй шлем, подогнанный под него, и все восемь контактов мгновенно соединились с восемью соответствующими точками на черепе. Включив его, он тут же забыл про сам шлем.

В соседнюю комнату вошла девушка захватывающей красоты: длинноногая блондинка с медовым блеском волос, чуть раскосыми глазами и абрикосового цвета кожей. Обстановкой комната напоминала гостиную: два дивана, несколько кресел, стол, кофейный столик-все со вкусом, но безжизненно, словно рекламное фото в торговом каталоге. Девушка остановилась за порогом, и Джон почувствовал ее нерешительность, сильно приправленную нервозностью и страхом. Внешне она проявляла лишь ожидание и готовность, настоящие же эмоции никак не отражались на ее гладком лице. Она неуверенно шагнула к дивану - провод, закрепленный на голове, потянулся за ней. В тот же момент открылась вторая дверь, и в комнату, захлопнув за собой дверь, вбежал молодой мужчина. Выглядел он беспокойно и немного ненормально. Девушка отреагировала удивлением и растущей нервозностью; она поискала за спиной дверную ручку, нашла и попробовала нажать. Дверь не открывалась. Джон не слышал, что говорится в комнате, ощущая лишь реакцию девушки на неожиданное появление мужчины с лихорадочным блеском в глазах. Мужчина тем временем приблизился к ней, размахивая руками. Взгляд его постоянно метался по комнате. Потом он вдруг схватил девушку за плечи и, прижав к себе, начал грубо целовать лицо и шею. Девушку на несколько секунд, казалось, парализовал страх, но вскоре возникло еще что-то: то ли ощущение пустоты, порой сопровождающее скуку, то ли слишком полный самоконтроль. Когда руки мужчины сомкнулись за ее спиной и он начал срывать с нее кофточку, она обняла его, изображая лицом страстность, которая, однако, не ощущалась ни в ее чувствах, ни в крови.

- Хватит, - спокойно сказал Херб Джевитс.

Мужчина отпустил девушку и без слов вышел за дверь. Она обвела комнату пустым взглядом. Разорванная кофточка висела у нее на бедрах, одна бретелька бюстгальтера сползла по руке. Выглядела девушка в этот момент очень красиво. В комнату вошел менеджер, за ним костюмер с халатом, который он тут же накинул девушке на плечи. Та встрепенулась, и, пока ее выводили из комнаты, волны негодования, испытываемого ею, превратились в ярость. Потом комната опустела и оба зрителя сняли шлемы.

- Сегодня пока четыре, - устало произнес Херб. - Вчера шестнадцать. Позавчера двенадцать. Полный ноль. - Он взглянул на Джона с интересом. - А что тебя вытащило из лаборатории?

- На этот раз Анна решила, что с нее хватит, - сказал Джон. - Она звонила всю ночь и все утро.

- Что теперь?

- Эти чертовы акулы! Я же говорил тебе, что это слишком, особенно после авиакатастрофы на прошлой неделе. Она решила, что с нее хватит.

- Подожди немного, Джонни, - сказал Херб. - Давай разделаемся со следующими тремя девчонками и тогда поговорим.

Он нажал кнопку на подлокотнике кресла, и комната напротив снова приковала их внимание. На этот раз девушка была не так красива, поменьше ростом, брюнетка со смеющимися голубыми глазами, ямочками на щеках и вздернутым носиком. Джону она понравилась. Он настроил свой шлем и погрузился в ее чувства.

Брюнетка испытывала возбуждение: просмотры всегда возбуждали их. Чувствовалось, что она боится и нервничает, но не сильно. Может быть, волнуется, ожидая, чем кончится просмотр. В комнату вбежал тот же мужчина с дикими глазами, и она побледнела. Больше ничего не изменилось. Нервозность усилилась, пока еще не до предела неудобства, но когда он схватил ее в объятия, ничего, кроме нервозности, она так и не ощутила.

- Хватит, - сказал Херб.