Крестовый поход

Земля готовилась к празднику. В этот день заканчивался финальный фестиваль древнерусской культуры. Очередной культурный бум, инициированный ЮНЕСКО с целью ознакомления молодёжи с одним из культурных пластов человеческой цивилизации и посвящённый на сей раз древним славянам, подходил к концу. Он длился целый год. Двенадцать месяцев по всему миру бродили волхвы, звучали напевные былины, в кинотеатрах потоком шли фильмы о богатырях и князьях. Молодые люди всех рас и национальностей строили на окраинах своих городов посады и городища, жили в теремах, ковали мечи и кольчуги, а заодно плуги и бороны, называли своих коней, ослов, верблюдов и лам Сивками да Бурками.

Странно, что, на сей раз, всё это прошло мимо меня. В юности я с упоением участвовала в этих играх, с жадностью впитывая в себя силу и аромат чужих культур. Некоторые из них оставили в моей жизни такой след, что порой мне кажется, что я просто застряла где-то там, среди искусно устроенных кем-то декораций, где звенят мечи и льются в ночь серенады. И надо же, когда, наконец, по Земле покатилась волна моей родной Руси, я оказалась в стороне.

Наверно, просто было не до того. Возвращение на Землю, в космофлот, после четырнадцати лет перерыва. Новый звездолёт, новый экипаж, новые цели и задачи. Всё это потребовало слишком много сил и времени. Жаль…

Я вздохнула, глядя на туманную равнину за окном. Из бледной дымки поднимались размытые силуэты оливковых деревьев, которые так и парили между небом и землёй, слившимися между собой. Скоро небо оторвётся, взлетит, нальётся голубизной, а земля вздохнет и, стряхнув остатки тумана, приподнимет вдалеке холмы, покрытые виноградниками.

Сегодня будет чудесный день. Я почему-то была в этом уверена. Я улыбнулась. Сегодня случится что-то хорошее. Меня ждёт какая-то встреча. Наверняка, я встречу очень хорошего человека. А, может, и не одного.

Вообще-то особых причин для радости не было, и моя эйфория означала лишь одно: сегодня командир нашего подразделения, который собирался заехать ненадолго, пребывает в безмятежном и даже благостном расположении духа. А вслед за ним благость опускается на ту местность, которую он почтил своим присутствием.

Азаров — прирождённый маг, очень сильный и прекрасно обученный. Поговаривают, что равных ему на Земле в наше время нет. Может быть… Я не очень разбираюсь в магии, мне важнее, что Саша Азаров — опытный звёздный капитан, знает о космосе не понаслышке, верен космофлотовскому братству и в любой ситуации не сдаёт своих. За таким командиром, как за каменной стеной.

— Похоже, шеф сегодня доволен жизнью, — прозвучал рядом мелодичный голос старшего радиста нашей баркентины Антона Вербицкого. Я повернулась и взглянула на него. Античный красавец в белых джинсах и голубой футболке. К тому же отличный связист.

— Ты тоже заметил? — усмехнулась я.

— Я от природы наблюдателен, — похвастался он. — Когда Азаров хмурится, на небе неизвестно откуда появляются тучи. По слухам, его гнев всегда разражается грозой с громом и молниями. Может, поэтому, он, находясь на поверхности, так тщательно сдерживает свои эмоции, а разносы устраивает на глубине тридцати метров под землёй.

— Может быть…

Мы отлетали с новым экипажем лишь несколько полётов. Последние рейды не шли ни в какое сравнение с первой экспедицией, ставшей для нас настоящим боевым крещением. Но благодаря ей, я поняла, что у меня есть надёжный экипаж, а экипаж принял меня, как командира. Более того, мои молодые офицеры привязались ко мне, я постоянно чувствовала их трогательную заботу и нескрываемое обожание. Может, это и лишнее на поисково-спасательном звездолёте, но мне как женщине было чрезвычайно приятно.

Вот и сегодня, они залетели ко мне, в надежде уговорить поехать с ними на финал турнира по историческому фехтованию, где будет определён лучший боец России в древнерусском стиле. Такой интерес нашего экипажа к турниру был неслучаен, потому что одним из финалистов оказался наш старший астронавигатор Юрий Булатов, выступавший от Северо-Западного округа.

— Дарья Ивановна, может, поедете? — прорычал сзади мощный баритон Белого Волка, старшего стрелка баркентины. — И Юру поддержите, и на «Русское чудо» посмотрите.

— Что за «Русское чудо»? — заинтересовано обернулась к нему я. Белый Волк сидел в готическом кресле возле камина и его индейский облик не слишком вписывался в интерьер нашего дома, стилизованного под средневековый замок.