Крематорий домашних животных

20 декабря 20хх г. 17:13

           От кого: «СуперГорошиков» 

           Кому: «Пшеничная.Крематорий» 

«Здравствуйте, Татьяна Валентиновна.

Пишу с личного ящика, и, надеюсь, что вы мне поможете с тем делом.

Мне, как человеку, а не как представителю органов.

Я кучу раз прочитал ваши показания, не считаю, что вы сумасшедшая или врете, но многого не понимаю.

Как 13 декабря бизнесхрен выпрыгнул из вашего окна на пятом этаже и не убился?

Куда он пропал?

С чего вообще все началось?

Только мне, обещаю, информация дальше не пойдет. У нас на этого извращенца такая база, мы только рады бы были вашей помощи. Но мне лично очень интересно, как вы смогли до него добраться…

С уважением,

Сергей Горошиков»

                                                     ***

21 декабря 20хх г. 00:08

           От кого: «Пшеничная.Крематорий» 

           Кому: «СуперГорошиков» 

«Здравствуйте, Сергей.

Я и не скрываю ничего. Сама ведь к вам пришла.

Судак этот сам решил ко мне прийти, я его не звала. Ну, и так сложилось просто…

Но если вы хотите знать с чего все началось, то рассказ мой будет долгим…

Я всегда любила животных. В детстве я очень хотела помочь всем-всем животным на свете! Чтобы беззащитные создания всегда были любимы и всегда были счастливы!

Так я и сделала!

Теперь я собираю трупы никому не нужных, но уже абсолютно счастливых животных, и утилизирую их.

Нет, сначала я организовала обычный приют для бездомных и брошенных, но кризис 2008, отсутствие сочувствующих и маленький кредит сделали свое дело…

Их было всего 12. И каждого я помню по имени.

Две дворняги одинаковой расцветки – умный Шпунтик и глупый Николаша; ушастая корги Мартина, ползавшая на пузе, потому что потеряла все пальцы; слепой шпиц Пью; визгливые, вечно голодные заморские свинки – Бобетта, Свиннетта, в другой клетке – Густав, Карл, Зигмунд; облезлый рыжий кот Пшик и, похожий на размытое пятно акварельной краски, дымчатый кот Мякиш; ну и, конечно, моя вечная спутница – Лариска – естественно, белая крыса.

Ушли они все разом – яркими искрами погребального костра, который устроили потерявшие берега коллекторы…

Я могла уйти вместе с ними и той ночью, и позже. Но не сделала этого. Что-то не дает.

Очнувшись через неделю в своей малометражной наследственной квартире, я поняла, что надо жить дальше, надо что-то есть и как-то платить по счетам. И что в мои сорок мне уже поздно менять мечту. Семью Бог как-то не дал, а вот с животными мне всегда было легче иметь дело, чем с людьми. И я поняла, что работать хочу только с ними.

Но не могу! С живыми не могу! Ведь даже в зоомагазине, в этом зверином чистилище, я представляю их мертвыми!