Крах Мартофана (СИ)

Михаил Акимов

1

2

Эпилог

Михаил Акимов

КРАХ МАРТОФАНА

1

Примерно через полчаса поездки в купейном вагоне поезда Мартофан с неудовольствием вынужден был признать, что допустил какую-то ошибку. Он не знал, какую именно, и это больно уязвляло его самолюбие. Надо же, он, Мартофан Великолепный, лучший разведчик Трёх Галактик, уже полчаса не может войти в контакт с аборигенами какой-то заштатной планетёшки! Мартофан Не Знающий Неудач — вот как звали его в СРОГ (Служба Разведки Объединённых Галактик). В штабе ходили легенды о его умении вживаться в образ представителя любой формы жизни на любой планете Обитаемых Миров, а его отчёты о психологии их обитателей и прогнозирование возможных реакций на различные ситуации были настолько исчерпывающими, что войскам ОГ ни разу не пришлось столкнуться с какими-то сюрпризами, и покорение очередной планеты происходило быстро и даже буднично. Но вот, похоже, намечается первый сбой.

Правда, и задание на сей раз было более сложным — Мартофан понял это, когда на стадии подготовки к разведмиссии стал просматривать информацию, выуженную штабом из общепланетной компьютерной сети. Первой неожиданностью было то, что жители планеты оказались двуполыми — это же невероятно затрудняло процесс размножения, и оставалось только удивляться, как они до сих пор не вымерли. Мало того, сам этот процесс сопровождался целой кучей всяких искусственно надуманных самими аборигенами условностей. Так, особи противоположных полов вместо того, чтобы сразу же при встрече приступить к процессу размножения, проводят вначале большое количество ритуальных обрядов, как-то: знакомство, флирт, ухаживание, заигрывание (всё это под исполнение ритуальных танцев и песен на специальном мероприятии под названием «Дискотека»), а в отдельных случаях ещё и сватовство, регистрация и свадьба; и только после этого они могут начать, наконец, то, из-за чего всё и затеяли. Но и это ещё не всё, так как сам процесс размножения неимоверно сложен — Мартофан убедился в этом, просматривая специальный учебный видеоматериал (так называемые, порнофильмы), изготовляемый, несомненно, потому, что проделать такое по памяти просто невозможно.

С другой стороны, это давало ему, разведчику, одно неоспоримое преимущество. Достаточно перед очередным аборигеном появиться в облике представителя противоположного пола в наиболее привлекательной его форме, и о дальнейшем можно не беспокоиться: тот сам будет всеми силами стремиться к контакту, а ты только знай вытягивай из него информацию. А то, что для сбора информации нужно значительно меньше времени, чем для прохождения ритуала, избавляло его от необходимости непосредственного вступления в упомянутый процесс.

Когда же Мартофан стал знакомиться с достижениями землян (так называют себя сами аборигены) в науке, культуре и технике, он понял, почему Совет принял решение о покорении планеты: тот факт, что при столь трудоёмком способе размножения они как-то ухитряются выкраивать время для развития своей цивилизации, безусловно, требовал тщательного и всестороннего изучения.

Сначала всё шло очень хорошо. Пройдя сеанс гипнопедии, Мартофан проанализировал внедрённый в него материал и установил, что особи мужского пола предпочитают пышных блондинок, а женского — жгучих брюнетов и решил, что эти два варианта и будет использовать. Он в очередной раз поразил начальство глубиной усвоенных знаний, когда на вопрос, в какое место планеты его следует телепортировать, уверенно сказал, что это не имеет никакого значения, так как на Земле все транспортные ветки — от современных магистралей до глухих просёлков — протянуты в одном направлении, поэтому совершенно неважно, на чём и в какую сторону ехать. «Все дороги ведут в Рим» — так говорят об этом сами земляне, а Рим, по всей видимости, главный город планеты. А поскольку после сеанса гипнопедии он свободно и без акцента может разговаривать на любом земном языке, то пусть они отправят его туда, куда это сделать на данный момент удобнее.

Оказавшись после телепортации на какой-то небольшой станции, Мартофан, не раздумывая сел в первый подошедший поезд, вскользь отметив его странное название «Челябинск — Борзя», нашёл указанные в билете вагон и купе и приготовился к контакту первой ступени.

Но вот дальше всё пошло очень плохо. Попытка контакта не удалась. Пассажиры купе, до появления Мартофана оживлённо о чём-то разговаривавшие, как-то странно на него взглянули, когда он вошёл, отвернулись в сторону и с тех пор старались на него не смотреть и никак не реагировали на его реплики. Это было непонятно. Устав от бесплодных попыток, Мартофан решил, что, по-видимому, дело в его внешности, поэтому самым разумным будет при первой же остановке сделать вид, будто бы здесь он сходит с поезда, выйти из купе и появиться снова уже в другом облике. Приняв такое решение, он взял свой чемоданчик, встал, поклонился, сказал «Прощайте, попутчики!», что осталось без ответа, и вышел.