Нашествие космических паразитов, или Бешеная карьера капитана Радовски

…Когда с невесть откуда приблудившегося летающего блюдца раздался отвратительный скрежет, капитан Радовски не сразу понял, что это голос. Для начала по основному каналу связи пронесся залп отборнейших ругательств на всех языках Земли, а затем глумливым тоном было произнесено буквально следующее:

— Мы есть великий народ всея Галактика… Мы будем трахать ваш Земля… Мы будем брать наложница ваш жена и систер, хо-хо-хо!!! — после чего перед самым носом капитана на экране вспыхнуло довольно натуральное изображение задницы, сопровождающееся демоническим хохотом.

Рассвирепевший капитан нажал сразу на все гашетки, в считанные секунды превратив добротное летающее блюдце в груду пылающих обломков. Засадив по ним еще парочку ядерных ракет, он обрел некоторое душевное равновесие — багровый туман перед глазами рассеялся, и он осознал, что произошел так долго ожидаемый первый контакт. «Он же и последний!» — с удовлетворением отметил Радовски, разворачивая свой орбитальный перехватчик. Как настоящий военный, он воспринимал любой контакт (даже с прекрасным полом) скорее как разведку боем. Этот бой он выиграл, как ни крути.

Если бы капитан знал, чем в будущем обернется его победа, он взвыл бы от крутой тоски — и сам царь Пирр не позавидовал бы ему!

…Происшествие на орбите вызвало переполох — еще бы! В дверь дома, где жило человечество, кто-то постучал, и теперь хозяева в душевном томлении пытались догадаться, кто бы это мог быть? Как всегда, первой на этот вопрос ответила пресса. Газеты, радио и телевидение переполнились свежайшей информацией (иногда настолько свежей, что она опережала события). Благодатная тема летающих тарелок обрела вторую жизнь, и залежавшийся материал о встречах с разноцветными и разнокалиберными энлонавтами могучим потоком хлынул на головы растерянных обывателей, хороня под собой какие-то жалкие факты. Факты оставались уделом ученых, а они, как обычно, не могли прийти к единому мнению.

Единственное оставшееся свидетельство — запись речи инопланетян, анализировалось и перетолковывалось на сотни ладов с помощью всемогущей математики, семантики, информатики, лингвистики и других инструментов познания, но безуспешно. Что скрывалось в нем? Предположения были самые разные — от антиэтики загадочных существ, которой предписывалось бы считать приветствием самое страшное оскорбление, до простого недоразумения из-за перегруженности земных телеканалов сценами скорее однообразными, чем пристойными.

Общее возмущение научной общественности вызвал поступок капитана Радовски — употреблялись такие термины, как «вандализм», «варварство», «армейская тупость». Однако все эти бессильные вопли, как волны о гранитный утес, разбивались об Управление Обороны — капитану дали повышение и внеочередной отпуск. Сам маршал Огарио пожал ему руку и назвал «Верным сыном Земли», что было равносильно высшей награде.

Кстати, общественное мнение склонялось скорее в пользу военных, и весьма далекие от христианской морали настроения (типа: «Этих вонючих пришельцев надо заставить уважать Землю») были широко распространены. Взрыву земного шовинизма помешало лишь то, что заставлять было вроде уже некого…

Полгода спустя, когда страсти поутихли, а очередные сенсации (вроде появления преподобного отца Бенедикта, главы Новой Моральной Церкви, на пляже нудистов) вытеснили хамов-пришельцев с первых полос газет, майор Радовски спокойно попивал кофе, сидя в уютном бункере перед пультом глобальной системы слежения. На громадном экране разворачивалась захватывающая дух панорама Солнечной системы. Майор изредка бросал на нее скучающий взгляд.

В космосе все спокойно — за орбитой Плутона то появлялись, то пропадали в радиотени блестки кораблей международной экспедиции; в поясе астероидов оживленно сновали «челноки», перебрасывая сырье и людей ко вновь открытым месторождениям и транспортным кораблям; стройным косяком, как журавли в полете, шли ракеты очередного каравана к Марсу… В околоземном пространстве летало столько, что уследить за всем без помощи ЭВМ было бы просто немыслимо — цели фиксировались тысячами! Ни одна уважающая себя страна не могла обойтись без своего спутника, а в самых развитых свои спутники имелись уже у штатов, областей и отдельных городов. Бесчисленные заводы, лаборатории, научные станции и оранжереи дополняли картину — бедняга Ньютон перевернулся бы в гробу, узрев сию «гармонию звездных сфер».

Но, как уже говорилось, все было спокойно, как вдруг… Майор Радовски подавился кофе и выпучил глаза на экран — откуда-то из-за громады Юпитера вывалилась целая гроздь огоньков, мчащихся на предельной скорости к центру системы. Не успел майор откашляться и протянуть руку к кнопке общей тревоги, как вспыхнула еще одна гроздь.

«Черт возьми, они тормозят — до этого их скорость была слишком велика для локаторов!» — мелькнула догадка.