Династия

Звезды показывают нам Величие и красоту

Вселенной, в которой

мы, вечные странники космоса,

стремимся отыскать свою звезду.

Валентин Рычков.

I. Николай Васильевич

Маленький Данила не слышал доводов бабушки и продолжал жалобно просить.

– Бабушка отпусти дедушку, мы погуляем немножко и быстренько назад.

– Даня, посмотри в окно, ну куда вы пойдете! Дождь льет не переставая.

– Бабушка!

– Все, Даня, сидим дома! сейчас бабушка настряпает вкусных лепешек и попьем чай. А потом я прочитаю тебе сказку.

– Не хочу сказок – надувшись, сказал внук.

Тут, убрав газету, слово взял дед, Николай Васильевич.

– Галя, ну правда, мы пойдем, погуляем.

– Коля только ты не начинай!

– Галочка ну разве это дождь? так, мелкая шалость неба. Но мы не просто так на улицу, посмотри на подоконник, цветы совсем завяли, ну где это видано, чтобы такая женщина хоть минуту провела без прекрасного запаха свежих цветов.

– Решил меня взять лаской? – На лице Галины Юрьевны, расплылась смущенная улыбка.

—Ну, что ты, Галочка, я просто сказал правду.

– Посмотри Даня на этого прохвоста! Ладно, черт с вами, идите все равно будете только отвлекать своим нытьем. Ты, Коля, только обязательно возьми зонтик, и плащ надень. – Николай Васильевич кивнул головой. Затем обратился к внуку:

– Что сидишь, Данька побежали одеваться, пока бабушка не передумала.

– Ура!

Через десять минут дед и внук спускались на лифте: высокий, пожилой, но еще привлекательный мужчина в графитовом двубортном плаще и серой драповой кепке и мальчик лет пяти в лимонного цвета куртке и желтых резиновых сапогах. Николай Васильевич точно знал, куда они направляются – маленький Даня всегда выбирал одно и то же место – аллею Космонавтов. Да и сам Николай Васильевич любил прогуляться вдоль бронзовых скульптур покорителей космоса.

Аллея Космонавтов  – мемориальная пешеходная улица, расположенная вдоль проспекта Мира у метро "ВДНХ". Она также является центральной частью Космопарка. Еще каких-то двадцать лет назад парк представлял собой – небольшое озеленённое пространство, где кроме скульптур героев прошлого и смотреть-то было не на что. Но уже в 2040 году началась новая волна освоения космоса, и аллея обросла новыми именами и героями.

Даня носился по аллее, а Николай Васильевич мирно наблюдал. Он был счастлив. Здесь, дома, среди друзей и родных.

Дождь прекратился, и выглянуло теплое осеннее солнце. Лужи превратились в парящие оазисы, над асфальтом расплылся приятный глазу пар. Даня радостно прыгал по лужам, и каждый раз звонко смеялся, когда после очередного приземления брызги разлетаясь во все стороны.

Он подбежал к дедушке и воскликнул:

– Дедушка, пойдем, посмотрим на тебя!

Николай Васильевич замахал руками, показывая всем видом, что ему и здесь хорошо.

– ну, пошли! – внук вцепился в большую морщинистую ладонь и потащил за собой деда. Сопротивляться детскому напору было трудно.

Через пять минут они остановились у памятника. На табличке красовалась надпись:

«Гаврилов Николай Васильевич – главный конструктор лунного лифта», «Корабль Данко»

– А ты, правда, построил лунный лифт?

Даня каждый раз задавал этот вопрос, а Николай Васильевич каждый раз немного смущался. Он поправил кепку и ответил:

– Правда. Только не построил, а спроектировал и курировал проект. Построили же его тысячи строителей, инженеров и монтажников со всего мира.

– Ну, ты же был главным?

– Что ты, конечно нет! Главным был руководитель Росскосмоса Евгений Вадимович Штельман.

—А где его памятник?

Николай Васильевич посмотрел по сторонам. Затем указал на третий справа в левом ряду.

– Вот.

Даня подбежал к нужному бюсту, и деловито начал его рассматривать. Николай Васильевич же пристально смотрел на свой памятник. Ему всегда казалось, что он совсем не похож на себя. Хотя все вокруг твердили обратное. Он хорошо помнил день открытия монумента. На него снова накатила волна смущения. он никогда не любил всеобщего внимания. Даже не хотел принимать подаренную государством за научные достижения шикарную пятикомнатную квартиру, но Галина Юрьевна настояла. Она всегда была его музой, женщиной, ради которой он готов на все, даже перебороть свою застенчивость и гордость. Конечно, честно признаться, именно он и был настоящим двигателем, сердцем постройки лунного лифта. Проект, который предопределил невероятные перспективы будущих открытий.

– Эх, как молоды мы были!