Корова на луне

Владимир Николаевич Бровкин

КОРОВА НА ЛУНЕ

Марьясова Ивана, задержавшегося в тот день на работе дольше обычного и пришедшего домой уже затемно, жена встретила сообщением, что из табуна не вернулась корова.

- Подтелок пришел, а коровы нет. Мы с Васькой уже полдеревни обегали нет нигде, как сквозь землю провалилась. И куда она могла запропасть, ума не приложу? За поскотиной нет, возле могилок нет, за садом тоже нет. Васька на Баеву улицу бегал, там тоже нет.

"Черт знает что, - подумал Иван, - совсем, что ли, корова свесилась. Она все первый год к старым хозяевам бегала. Замаялись с ней тогда вконец".

- А может, она к Малолетовым убежала? - вслух сказал он жене. У Малолетовых они купили ее еще телкой, два года тому назад.

- Да я и туда ходила, глядела, нет ее там, - отвечала жена.

- Ну ладно, - сказал Иван, - пойду я еще поищу. Да только где ее сейчас в такую пору искать? Пойду-ка я сначала за поскотину, гляну там еще разок.

Но за поскотиной коровы не было.

Тогда он завернул к могилкам.

Но у могилок коровы тоже не было.

Из-за сада гнал телка старик Глухов - телок, видимо, залез на свеклу и, незамеченный объездчиком, пасся там дотемна, так и не сообразив пойти домой.

- А что, Михайлыч, там моей коровы не видно? - спросил Иван, поравнявшись с ним, а когда старик приостановился, пояснил: - Корова проклятая совсем замаяла. Уже который раз из табуна домой не приходит.

- Нет, не видал,- отвечал Глухов. - Да там и скотины, окромя нашего дурака, никакой нет. Наш вот, он тоже от рук совсем отбился. Совсем не загоняется. Да иди-иди, чертяка, ишь снова встал. - Старик замахнулся прутиной на приостановившегося телка.

- Ах ты, леший ее возьми, - ругнулся Иван и пошел дальше.

Однако на свеклу все же решил заглянуть. Может быть, дед сослепу просто не разглядел в потемках.

- Вот ведь какая непутевая скотина, - чертыхался вслух Иван. - Вот ведь что значит с чужого двора скотину брать, когда она переросла уже. Поросенок лет пять тому назад тоже, помнится, такие чудеса вытворял. Тоже купили у людей уже большого. Убежал и нет его. И туда и сюда, да хоть куда - нет нигде проклятого, да и все тут. Так искали три дня. А он что сотворил? Переплыл на ту сторону озера - вот и ищи его. А ведь в ту пору на озере была страшная буря. И главное, не захлебнулся.

За садом коровы не было.

Не было ее ни на току, ни за мельницей, и на Мордасовке коровы не было.

Тогда он пошел в конец деревни на Федосовский бережок. Там в свое время стояла целая улица домов, но както незаметно народ разъехался да разбежался кто куда и от Федосовского бережка со временем осталось только одно название. Пустырь же уже много лет как перепахали и сеяли теперь на том месте пшеницу, а вот в последние два года добавили к ней еще и кукурузу - так что вполне вероятно, что корова и туда могла затесаться. Прошлый раз ее там и нашли.

Но коровы не было и на Федосовском бережке.

Ивану после этого ничего не оставалось делать, как повернуть домой.

На улице уже посвежело.

Из-за сумрачной и несколько таинственной глыбы заброшенного колхозного сада воровато выглянула в небо луна. Нехоженой тропкой начинал светиться в высоте Млечный Путь. Выступили в небе крупные масленые звезды и означили четко и весомо контуры Большой Медведицы, из опрокинутого ковша которого лилась на землю медлительная струя освежающей прохлады.

"И куда могла запропасть корова", - думал Иван, шагая вязкой пыльной дорогой.

Так он снова дошел до Мордасовки.

Луна к этому времени взошла уже высоко и осыпала округу серебристым трепетным налетом.

Четко означились черные пятна теней.

И такая благодать стояла по всей округе, что, на время позабыв про корову, Иван невольно остановился и, вдыхая полной грудью свежий воздух, стал неторопливо вглядываться в полную удивительного великолепия картину ночи: и в мерцающую фосфористым блеском дорогу, тонущую в серебристом растворе ночи, и в четкие тени от старых тополей заброшенного колхозного сада, легших мягко поперек дороги, и в вязкие огни в окнах домов, что растаяли в полумраке.

Потом, закинув голову, он стал вглядываться в густо усыпанное звездами небо.

Неожиданно взгляд его остановился на Луне.

Он взглянул на Луну и не поверил своим глазам. На Луне, как ни в чем не бывало, стояла его корова. Иван подумал, что у него просто что-то не в порядке со зрением и протер как следует глаза.

Но никакого обмана зрения не было.

На Луне действительно стояла его корова.

Словно в другом конце тоннеля она стояла там в вышине как ни в чем не бывало и как бы дразня хозяина, покачивая своей рогатой головой, сосредоточенно жевала жвачку.

Будь Иван выпивши, этому событию можно было бы дать, наверное, иное толкование, но Иван был совершенно трезв, да и пил он всегда весьма умеренно и аккуратно и никогда в жизни своей не напивался до чертиков в глазах.

Последние же две недели тем более, он совсем не брал в рот спиртного время было горячее, а кроме того летом у колхозника праздников не очень много, гулять и пьянствовать особо некогда.