Корона Руперта

— Чуют, всегда чуют, — прислушиваясь к доносящемуся со стороны маленького горного селения собачьему лаю, плотоядно оскалился Хош, размазывая грязь по гладко выбритым голове и лицу, — что бы мы ни делали, всегда чуют!

Оторвавшись от брезгливого созерцания длинной седой пряди, появившейся после этого безумного спринтерского перехода через пятый перевал Замшелых гор, Ангельма нервно сдернула с рук изодранные о камни и кустарник перчатки, обнаружила под ними сморщенную кожу и обломанные ногти и глухо просипела:

— Ненавижу! Ненавижу!

И, обращаясь к своим спутникам, безапелляционно заявила:

— Даже не думайте меня останавливать!

— Никто и не думает, — Бизард приподнял свою островерхую войлочную шапку, чтобы промокнуть выступившую на обширной проплешине испарину, — только надень парик и дай нам отрезать им пути к отступлению. Все должно указывать на лэссэнаев.

Бизард и Хош сошлись спустя четверть часа на тропинке, ведущей из селения вниз, к Северной провинции Загорья. Оба уже были в париках с собранными на лэссэнайский манер на макушке в косичку черными волосами. Заранее бросив в сторону деревушки несколько точеных фигурок Черного Нуба, которому поклонялось большинство подданных царства Лэссэнай, дождались сигнала от Ангельмы и медленно двинулись к приземистым хижинам из камня и глины. К этому времени деревенские собаки уже сорвались с обычного лая на истеричный визг, безумствовали куры в курятниках, зажигались лучины в окнах домов, хлопали распахиваемые двери.

С противоположной окраины селения долетели отголоски заклинания «воздушный пресс», в который абсолютно потерявшая над собой контроль магесса вложила чересчур много силы.

— Она сумасшедшая! — восторженно заявил Хош. — Она просто безумна!

Ангельма своим заклинанием сплющила несколько построек вместе со всеми обитателями и спешно вытянула из-под обломков все крупицы силы, еще теплившиеся в мгновенно погибших людях и домашних животных. Как опытные маги, все участники похода перед опасным предприятием структурировали свои источники силы, четко определяя ту часть, которую допустимо опустошать «на текущие расходы», а остальное сберегая для ответственных случаев. Будучи представительницей прекрасной половины человечества, волшебница массу сил тратила на поддержание своего внешнего вида, а безумная горная гонка оказалась весьма энергозатратной. Поэтому пополнить запас сил за счет жизней обитателей безвестного загорского селения было для нее вполне естественным желанием. А поскольку Бизарду и Хошу в походе нужен был уравновешенный партнер, а не разъяренная мегера, то мужчины, не сговариваясь, уступили право первенства в этом вопросе своей спутнице.

Местные наконец-то сообразили, что происходит — заголосили женщины и дети, немногочисленные мужчины выбирались из жилищ с копьями и луками в руках. В Ангельму полетело несколько наспех зажженных факелов и пять-шесть стрел, естественно, не причинивших ей никакого вреда — она лишь облизнула пересохшие губы и очередным воздушным прессом стерла с лица земли еще две хижины вместе с обитателями.

Внимательно следивший за происходящим Бизард заметил, как на задворках одной из хижин вспыхнул и погас слабый магический огонек.

— Что это? — спросил мгновенно оказавшийся рядом Хош.

— Либо слабое волшебство, либо активизация амулета. Сейчас проверим.

Но проверять ничего не пришлось: на тропу, заменявшую местным жителям главную улицу, вышел пожилой воин в наспех натянутом кожаном нагруднике, но босиком и с непокрытой головой. С ходу метнув в оказавшегося ближе всех Бизарда тяжелое копье, он выхватил меч и, прикрывшись круглым щитом, бросился в атаку.

На секунду опешив от такой наглости — уже много лет в Империи никому и ни при каких обстоятельствах в голову не приходило атаковать мага обычным человеческим оружием, — старый волшебник с трудом увернулся от копья и лишь в последний момент активировал магический щит, уведший в сторону клинок туземца.

Возмущенный Хош метнул в наглеца молнию, но тот проворно подставил под удар свой щит. К удивлению имперских магов, покрывавший поверхность щита рисунок вспыхнул бирюзовым светом и поглотил атакующее заклинание.

Бритоголовый маг замысловато выругался и, не придумав ничего более изощренного, метнул в довесок еще одну молнию, с которой пожилой воин расправился так же просто, как и с первой.

Пришедший в себя Бизард направил в наглеца с выставленных вперед ладоней огненную струю. Туземец вновь прикрылся вспыхнувшим бирюзой щитом и попытался приблизиться на расстояние удара меча, но имперец предупредил его попытку, разведя руки в стороны. Теперь огонь с левой ладони бил в центр щита, а огненная струя с правой ладони стала смещаться в сторону головы противника. И быть бы тому поджаренным, да в самый неподходящий момент из-за груды камней выпрыгнул мальчишка и запустил камнем прямо Бизарду в висок!