Корона Аквилонии

Сегодня исполняется ровно десять лет весьма примечательному событию: в этот день ныне благополучно царствующий государь аквилонии Конан I Каннах был торжественно коронован в главном храме Митры, что на площади святого Эпимитриуса.

Увы, король не очень любит вспоминать, при каких обстоятельствах он получил трон, но для меня, как летописца, отдавшего «Тайной летописи аквилонского королевства» полное десятилетие жизни, подробности переворота, случившегося в ночь с 9 на 10 дни третьей весенней луны 1288 года всегда представляли нешуточный интерес. В конце концов я веду хронику лишь ради удовлетворения своего неуёмного любопытсва (которое, как уверяет Конан, однажды сведёт меня в могилу) и для того, чтобы потомки были осведомлены обо всех перипетиях весьма знаменательного царствования первого короля Киммерийской династии.

Бесспорно, по прошествии стольких лет собрать все сведения о заговоре против Нумедидеса представляется делом сложным, но как утверждают клеветники и завистники, я во всех тонкостях изучил коварное искусство развязывать языки. Чтобы разговорить дворцового лакея или повара достаточно подбросить им десяток золотых кесариев, канцлер Публио падок на старинные и весьма ценные безделушки, а с бароном Гленнором следует быть предельно честным и откровенным - глава нашей тайной службы ценит открытость.

С гордостью признаюсь, что я сумел разузнать кое-что интересное даже у самого Конана с помощью двух кувшинов "Золотой лозы" и умелой лести. Можете сказать, будто у меня нет ничего святого, но я тружусь ради общего блага - летопись навсегда сохранит для Аквилонии и наших детей уникальные подробности воцарения безвестного варвара на самом блистательном престоле Заката.

Эти воспоминания записаны мною со слов одних из наиболее решительных участников заговора против короля Нумедидеса - графа Кертиса и барона Гленнора, доселе занимающих весьма значительные, однако незаметные каждому посты в государственной иерархии Аквилонии…

Незачем далее объясняться - воспоминания непосредственных участников переворота перед вами. С тем раскланиваюсь и надеюсь, что мои труды будут оправданы временем и не пропадут втуне.

Подписано на праздник Середины лета 1298 года от основания Аквилонии. Хальк, барон Юсдаль-младший, тайный советник и библиотекарь при дворе короля Конана Канах.

Тайные игры

Барон Данкварт Гленнор

"Авантюризм как образ мыслей"

Если вы покинете Тарантию через Звездные ворота, расположенные со стороны Полуденного восхода, выйдете на мощеную дорогу Шамарского тракта, а через полторы лиги свернете на проселок, ведущий мимо редких загородных домов небогатых дворян, то вскоре узрите высокую каменную ограду, обносящую весьма обширное поместье "Латерана".

Сквозь решетку кованых ворот, непременно украшенных странным гербом - перо и кинжал в обрамлении венка из переплетенных розы и чертополоха - любой желающий сможет рассмотреть спрятавшийся в глубине старинного парка двухэтажный дворец и полдесятка иных строений, включая конюшню и дом для прислуги.

Обычная вилла, ничего примечательного. Хозяин, вероятно служащий одного из государственных коллегиумов, зимой наверняка живет в столице, а в теплое время года переезжает сюда, отдохнуть от городской суеты на лоне природы, насладиться запахом сосен, ухоженными цветниками и охотой на лис в соседнем лесу. Одно странно - даже зимой в поместье много посетителей, причем часть из них облачена в форму гвардии короны, другие же могут похвалиться темно-синими колетами с вышитыми на рукавах и груди листиками чертополоха.

Всякий почтительный и добропорядочный обыватель знает, кто именно носит синие облачения, украшенные колючими золотистыми листочками и предпочитает обходить этих достойных месьоров стороной, не забывая, однако, чуть раболепно поклониться - с тайной службой Его Величества короля Аквилонии лучше не шутить. Самое закрытое и незаметное ведомство королевства со времен Сигиберта Завоевателя пользуется вполне заслуженной зловещей славой.

Поместье "Латерана" вовсе не предназначено для отдыха скучающих дворян. Там, за оградой постоянно кипит какая-то своя, обособленная жизнь, чуждая и непонятная простому смертному. И, безусловно, никто кроме особо доверенных конфидентов (или государственных преступников, привозимых сюда в черных зарешеченных повозках) никогда не проникал за мшистую стену, в буковый парк и во дворец, построенный из серо-серебристого гандерландского гранита.