Короли соседнего мира

Внезапный вызов к руководству завершился не менее неожиданно. Генерал озвучил свое решение кратко, и предельно матерно, выразив тем горячее желание увидеть на своем столе рапорт старшего лейтенанта Ильина, причем немедленно.

И не сказать, что дело, ставшее поводом к увольнению, было предельно сложным, скорее дурно пахнущим, если не сказать «вонючим».

«Подумаешь, завалили «делопута», пардон, депутата. Мало их? Что, теперь из-за каждого с работы гнать…? — Потерянно рассуждал оперативник. — И кто, простите, мог знать, что жена этого…, вернее, уже вдова, в бытность его действующим избранником наставляла мужу рога с нашим генералом? Ну вызвали дамочку на беседу? Так ведь не пришла. Хотя повестку получила. Конечно, «вязать» ее в примерочной кабинке торгового центра было, наверное, излишне, да только, сама виновата. Мало, что в повестку плюнула, так еще и матом разговаривала».

Андрей шагал по коридорам, уныло размышляя о свалившейся на него свободе.

Сдачу дел можно было растянуть и на полмесяца, но наблюдать еще две недели настороженно постные физиономии бывших уже соратников как-то не грело. Поэтому он безыскусно свалил папки с делами в сейф, сдал в «оружейку» верного «Макаревича» и с чистой совестью отправился в больничку.

Изобразить прострел в спине, дело нехитрое: «Вот и все, пусть теперь стоят на страже закона без меня. Как говорится, следствие окончено, забудьте. А на повестке дня стоит простой и незатейливый, как саперная лопатка, вопрос: Куда пристроиться тридцатилетнему «старлею», имеющему одну боевую медаль, два невыплаченных кредита и кота Василия. Друга и товарища в одной «морде».

«Грузчиком? Ну, нет. Грузчик — это пошло. Тем более, влиться в спаянный коллектив, имея стойкое отвращение к спиртному, вряд ли удастся. Остается или ЧОП, как говорится, одна из двух профессий, когда спят за деньги, либо… Либо, не знаю…» — Подвел итог раздумью Ильин.

— Эй, Андрюха. — Окликнул бывшего сотрудника органов Серега Малышев. Тоже опер, только из «наркотного» отдела, пока еще действительный.

Ильин остановился, ожидая, когда товарищ приблизится на расстояние удара.

Приятели исполнили несколько финтов и обменялись ударами. «Троечка» смотрится совершенно естественно и со стороны ничуть неотличима от настоящего спарринга. Прохожие, опасливо косясь, старательно обходили размахивающих ногами великовозрстных балбесов.

— Слышал? — Поинтересовался Ильин, закончив придуриваться.

Серега кивнул, подумал, кивнул еще раз.

«Все понятно. И чего за… старому под хвост попала? — расшифровал Андрей невысказанную тираду. — Серега, вообще, говорун еще тот. Особенно это действует на допрашиваемых «злодеев». Но это не его фишка. Мало кто знал, что молчуну раздробило челюсть осколком, и говорить он начал лишь через пол года после выписки из госпиталя».

Однако по такому случаю, Сергей нарушил традицию.

— И куда? — Поинтересовался приятель.

В ответ Андрей только дернул плечами: — Не думал. Слишком все неожиданно. Хотя… Наверное сторожить чего…

Приятель хмыкнул. С сомнением хмыкнул. Оно понятно. После суеты и гонки службы поменять сумасшедший ритм на сонное бытие сторожа непросто.

— Ты, это…, а, может, покаяться? — Исполнил «Малыш» гражданский подвиг, сложив фразу.

— Не выйдет. Я его бабу в обезьяннике запер, в исподнем. — Вынуждено признался бывший «опер».

— Депутатшу? — От удивления товарищ разговорился.

— А чего она? — Объяснение вышло донельзя емким.

Беседа себя исчерпала. Серега сочувственно вздохнул и, заметив подходящий трамвай, уже на ходу сунул другу жесткую ладонь, и рванул по заляпанному листвой тротуару к остановке.

Андрей продолжил неторопливую прогулку: «Вот и поговорили. Хотя, о чем, собственно, говорить. Дело ясное. Вдова в деле по самые уши. Пожилой спонсор, которого она захомутала еще до вступления того в депутатский корпус, владел неслабым, по местным меркам, бизнесом. Торговля чем-то нефтепахнущим приносила неплохой доход и была лакомым куском для многих недоброжелателей. Однако «люди» едва сровняли «рамсы» после затяжной конфронтации, и «по-новой» воевать вовсе не желали. Потому смерть микроолигарха им была, как говорится, «не в тему». А вот дамочке, этот вариант был очень выгоден. Молодая, симпатичная, чрезвычайно деловая. Как тут не вспомнить латынь. — И кому, спрашивается, выгодно?»

Гаврила Иванович Ползунок, такое кондовое имя-отчество носил депутат, был найден в своем доме, лежащим на полу в прихожей. Со стандартной винтовочной пулей в голове.

Пробитое стекло и траектория указывали, что стреляли с крыши соседнего коттеджа. Дом был под охранкой, что, впрочем, не помешало злодею забраться по трубе на чердак и, оборудовав классическую лежку, дождаться своего часа. А после спокойно исчезнуть тем же путем. Поскольку мирно спящая супруга обнаружила тело только утром.