Контракт на душу

Ненавижу, как же я ненавижу эту работу! Небольшая гримёрка казалась особенно тесной в час ночи, девчонки крутились около зеркала, шипели, когда кто-то особенно неудачно дёрнется, помогая коллеге размазать помаду совсем не там, где положено. В уголке пыхтит Лиза, стягивая узкий костюм и являя миру силиконовую грудь четвёртого размера. В этом заведении нет места стеснительности, если уж девчонки на пилонах не боятся демонстрировать прелести, то, что уж говорить про небольшое помещение, выделенное для нас. Хотя, учитывая какую прибыль имеют хозяева, могли бы и раскошелится для тех, кто приносит основной доход. Мы бы меньше злились, пока собираемся, а значит, и выступали бы с более искренними улыбками. Встала в полный рост, чтобы оценить результат, столкнулась спиной с Алинкой и тяжело вздохнула.

— Чёрт, Карми, как ты себе ничего не сломала с такой неуклюжестью? — Отвечать не видела смысла, Алинка добрая, просто ворчит для проформы. — Чего застыла? Свой выход пропустишь. — Тут она права, и на счёт неуклюжести права, лишь возле пилона эта особенность благоразумно отступает, будто боится, что умрет вместе с хозяйкой, если та упадёт и сломает себе шею.

Музыка между выступлениями была ненавязчивой, приятно ласкала слух и будоражила тело. Там, в зале, дяденьки с пузатыми кошельками тихо переговаривались, обсуждая предыдущий номер, прижимая какую-нибудь официанточку особенно крепко. В это заведение не приходят со своими спутницами, тут хотят отдохнуть, а не слушать визгливые замечания своих гламурных подружек. Музыка стихла, делая приглушённые голоса чуть громче, а наш администратор стала поднимать интерес у публики, разогревая её. Мандраж перед выступлением? Его давно уже нет, так, небольшое ожидание и любопытство, увижу ли я новые лица. За год как то отмандражировала. А ведь сегодня открытие моего нового танца, целый месяц репетиций и обидных шлепков по пятой точке от хореографа, она у нас женщина строгая. Уверенные шаги на стрипах отдавали гулким эхом, мужчины ждали шоу, и они его получат, знают, что получат.

Местная богема не меняется годами, кто-то резко пропал — появился другой, но основная масса та же. Проверила крепление рожек, маски, хвоста, не хотелось бы лишиться чего-нибудь во время выступления, за это можно получить не хилый такой штраф. Да, девушки оголяются, но только в строго отрепетированном танце, в определённой секунде трека. Ни раньше, ни позже, ни тем более случайно.

Грациозно подошла к пилону и встала так, чтобы он визуально был посередине перед лицом, акцент на глаза. Хотя какие они могут увидеть глаза в прорези маски, да ещё и с таким освещением, но хореограф сказала надо, значит надо. Медленно присела, раздвигая колени, из-за чего кожаные шортики дискомфортно натянулись в интимном месте. Сжала ноги и встала, после чего ловко обхватила прохладную сталь и взлетела, будто пташка. Хвост следовал за движениями тела, повторял повороты, покачивался в такт. Мне нравилась танцевать, так я чувствовала себя свободной.

Наш клуб был элитным, тут можно смотреть, восхищаться, пить, отдыхать, но запрещено трогать. Именно поэтому мужчины приходят вновь и вновь, иначе бы их интерес быстро пропал. Какой смысл наблюдать за телом, которое ты изучил? Но мне это на руку, когда только пришла сюда узнать на счёт работы, очень боялась, что и отсюда турнут за отказ спать с клиентом, но это правило меня порадовало.

В этот день было что-то не так, один единственный взгляд буквально прожигал открытые участки тела, и хотя интерес вполне привычное чувство, но не в этот раз. Инстинкты так и кричали, что хозяин этого взгляда опасен, лучше держаться от него подальше, и что-то подсказывает, улизнуть с работы лучше незаметно. Ловко расстегнула топ, оставшись в небольшом лифе, и запустила им в толпу. Деталь костюма оказалась в руках высокого брюнета, пыталась рассмотреть лицо, но ничего не видела, будто он сам в маске, но этот тяжёлый взгляд точно его. Кожа покрылась мурашками, пересилила себя, очаровательно улыбнулась и ушла со сцены в коридорчик. Немного передохнула и поспешила в гримерку, пора домой, но возле дверей поймала администратор.

— Молодец, Карми, держи, сегодня клиенты оказались щедрыми, свой процент мы уже забрали. — Катрин, наш администратор. Поговаривают, что раньше она танцевала в этом клубе, но из сторожил больше никого не осталось, а идти и уточнять у хозяина? Не настолько развито моё любопытство, да и в этот слух легко поверить. Девушке было лет тридцать, но выглядит она безупречно, да и больше двадцати трёх не дашь, однако в тонкостях танца на пилоне разбирается так, как может разбираться только сама танцовщица. Забрала наличку и поспешила переодеваться. Пересчитывать прямо перед Катрин было стыдно, она никогда не обманывает девушек, что зрители передали, то и отдаёт, забирает лишь процент, принадлежащий клубу, да и это скорее приятный бонус к зарплате.