Конкистадор

Ехать в Ивантеевку поздним пятничным вечером я никак не хотел. Я что, дурной, у меня на выходные планов поинтереснее нет? Есть! Еще как есть. Нечего мне было делать в глухой деревне в полутора сотнях километров от Нерезиновой. Но с шефом разве поспоришь? Особенно, когда проект горит и все сроки сдачи материала давно пролюблены? Экспериментальный ФАБК или «фактор апоптоза быстрорастущих клеток» сдавать заказчикам требовалось срочно, а наработка генно-инженерного белка из молока несчастных крольчих с опытной фермы застопорилась на этапе очитки. Причем по самой банальной причине – купленная за бешеные деньги высокоскоростная американская центрифуга, призванная разделять густое как патока вонючее молоко на фракции, сдохла в самый ответственный момент. Чудо заморской техники выдавало ошибку «707» и запускаться отказывалось наотрез. Приехавший консультант из фирмы-продавца, качая головой и заглядывая в свой нетбук, бормотал что-то вроде «процессор, наверное, сгорел» и предлагал лишь гарантийный ремонт, но это шефа не устраивало – белок нужен был уже вчера.

Вот тогда-то и вспомнили про старую бекмановскую центрифугу, доставшуюся коммерческому научному центру еще вместе с советским наследием от бывшего НИИ. Она была попроще, без всяких компьютеров и цифровых прибамбасов, а управлялась парой здоровенных ручек-верньеров и несколькими тугими пружинными кнопками. Но зато, когда с нее стерли пыль и включили в сеть, случилось настоящее чудо: весивший под триста кило динозавр из восьмидесятых годов прошлого века заработал. Проблема была лишь в одном – для этого аппарата требовался специальный съемный титановый ротор, а подобным изделиям, если они не хранились в сейфе под вооруженной охраной, приделали ноги еще в девяностых. Зарплату в НИИ в те времена толком не платили, а всяких контор, принимающих на переплавку цветные и черные металлы, было множество. Ротор же штука удобная – достаточно компактный и достаточно тяжелый, чтобы получить адекватный усилиям по транспортировке барыш. Все эти соображения я нашему дорогому Иван Иванычу в конце рабочего дня прямо в лицо и высказал. Только не прокатило…

– Верно глаголешь юноша, – хитро прищурился шеф. – Только ротор найти можно, – Иваныч снял очки и начал протирать их белоснежным носовым платочком. – По счастливому совпадению, Алексей, ротор от похожего «бекмана» у моего свояка в закромах лежит. Точнее, должен лежать на даче в деревне, если он его, конечно, не пропил еще… Ты пока не убегай домой, я позвоню Пете, узнаю точно.

«Не от похожего, а от этого самого. Вы же со свояком его и уперли» – подумал я. «Ты ведь, Иваныч, в девяностые как раз в бывшем НИИ МНСом отирался. В этой же самой лаборатории», – достроил я в голове логическую цепочку, но благоразумно промолчал. К чему ворошить ненужное? То когда было…а сейчас Корольков Иван Иваныч доктор наук, бизнесмен и одновременно мой шеф. Который ухитряется не только делать бизнес на всяких биохимических анализах и ДНК-экспертизах, вроде установления отцовства и прочей бытовухе, но и понемногу заниматься наукой на деньги разных частных инвесторов, причем небезуспешно. А еще он платит мне зарплату, поэтому…

– Поэтому тебе, Леша, придется съездить в Ивантеевку, – добавил шеф после долгого разговора по телефону. – Прямо сейчас. Ты у нас на колесах, подскочишь быстренько туда и обратно.

– Далеко хоть ехать? – безнадежным голосом поинтересовался я.

– Не, тут рядом… Владимирская область, Петушинский район. Километров с полтораста, где-то так. Деревня Ивантеевка, дом 5, улица…не помню. Короче, найдешь сам, не маленький. Петькин мобильник я тебе дам, – оптимистично добавил шеф. – Посмотри по карте, пробей маршрут. Полтора часа туда, полтора обратно, быстренько обернешься. Петр Никифорович тебя в деревне будет ждать, я договорился. Завтра к девяти чтобы был как штык, в субботу с утра центрифугирование. На выходных можешь гулять, я сам с молоком возиться начну, но ротор нужен срочно.

«Ага, полтора часа. В пятницу вечером из Москвы… Сейчас, конечно, не май месяц, а декабрь, но трассы все забиты под завязку. А потом по темноте и проселочным дорогам искать какую-то деревню…», – мрачно подумал я. «Может без машины, на электричке? Хрен там, в руках я ротор в одиночку далеко не утащу».

– Вот не надо делать мне больно своим кислым видом, Леша, – вздохнул профессор, посмотрев на меня. – Не мне же, старому уважаемому человеку ехать в деревню на ночь глядя? Молодым везде у нас дорога!

«А почему бы нет? У вас, профессор, полноприводный „субару“, в самый раз по проселкам прыгать. Не мой старенький „акцент“, в котором чуть съехал в снег и тут же встрял».

– Конечно, съезжу, Иван Иваныч, – натянул я на лицо вежливую улыбку. – Раз надо, я готов.