Конечно, беременна!

Лиза.

- Нет! Нет-нет-нет! Пожалуйста, пусть я не увижу того, о чем я думаю!

Закрыв глаза обеими ладонями, я раскачиваясь на унитазе, молюсь всем богам, чуду, духам и прочим человеческим помощникам в беде.

Только пусть не будет этого! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

Пусть это окажется какой-нибудь нервный срыв! От которого меня тошнит!

Да и вообще – ну, чего я так распереживалась? Ну, стошнило парочку раз по утрам, ну и что теперь из этого? Можно понять, - столько всего свалилось на меня в последнее время.

И переезд, и новая работа в условиях постоянного стресса, 24 часа в сутки, между прочим! И шеф, нервный и противный, вот до невозможности! Может, от него-то меня как раз и тошнит постоянно, - и неудивительно, странно, что раньше еще не случилось расстройства желудка от гадкого Аскольда - прости Господи, Крушинина, - он, полностью соответствуя свой фамилии так и крушит все вокруг, включая меня и здравый смысл в целом, не говоря уже о нормах общения с людьми и нежной девичьей психике!

Да и не было у меня же ничего! Ни с кем!

Ну, - и с чего я так распереживалась, что трясусь сейчас на унитазе, рискуя раскрошить белого ни в чем не виноватого друга в крошку? Я же этот тест для чего купила? Чтобы перестать накручивать себе нервы от мифического, но намертво прилипшего к любой незамужней и даже невлюбленной девушке страха беременности! Который просто инстинктивно разростается во мне, обманчиво заставляя чувствовать какое-то мифическое набухание груди и прочие странности, которых быть просто не может! Ну, так чего я сейчас психую, не в силах отмахнуться от нервной ряби красных искорок перед глазами и от подкашивающихся ног, которым так и хочется уронить меня с этого, раскрошенного в перспективе, унитаза, в обморок?

И правда – психовать совершенно не с чего!

Вдох-выдох - здравый смысл.

И еще раз – вдох-выдох.

И еще…

Нет, не получается! Здравый смысл начинает уступать место панике и гордо стремительно удаляться. А паника снова не дает нормально дышать. Ладно, хватит себя изводить! Пора!

Осторожно раздвигая пальцы на прикрывающих глаза ладонях, я бросаю перепуганный взгляд на злосчастный тест на беременность. До него сейчас сузился весь мой мир, вместе со всеми мечтами, гордыми стремлениями и молитвами!

Но их не услышали, потому что перед моими нервно задергавшимися глазами ярко сияют именно они. Две полоски. Приговор, начертанный двумя простенькими линиями.

Доказала, называется, отцу и матери, что я способна чего-то в этой жизни добиться! Ох, как доказала!

- Ой, мамочки! – сами по себе выговаривают ставшие вдруг резиновыми, губы, и я таки проваливаюсь в блаженный и спасительный обморок.

Раньше.

- Ты не на что не способна, Лиза! – ревел отец, упираясь кулаками в свой огромный дубовый стол.

Стоя в его кабинете, полном массивной дубовой мебели, в котором все напоминало старые добрые времена мрачных королей, вершащих великие дела и призывающих провинившихся к себе на ковер, я, закусив губу, не поднимала глаз от зеленого ворса ковра. Отец восседал в своем огромном кресле, оббитом темно-зеленой кожей с высокой деревянной резной спинкой ну, в точности, как на троне. За его спиной на полках шкафа, растянувшегося на всю стену, торжественно и укоризненно на меня взирали все его награды. Начиная со школьных времен, потом, - институтские, - первые места в олимпиадах, награды за успеваемость, кубки за победы в шахматных и спортивных турнирах, и нынешние, - бизнесмен года, самый перспективный новый проект десятилетия, новатор города и прочие, прочие, прочие.

На самых верхних полках красовались мамины награды, - победы по фигурному катанию на уровне страны и лучшая частная школа столицы. Лучший фитнесс клуб, который мама открыла в довесок к своей школе фигурного катания, так, для души, - как она любила говорить. На шкафчиках любовно были выложены свидетельства достижений ее учеников. Ко всему прочему, мама полгода назад открыла еще и школу танцев, - и вот уже стали появляться первые статуэтки за победы на конкурсах.

Шмыгнув носом, я еще ниже опустила голову. Главное, - не поднимать на отца глаза. Особенно, когда лично тебе гордиться совершенно нечем, и скромная грамота за победу на конкурсе декламации стихов за выпускной класс, которая пылиться где-то глубоко в этом шкафу, - даже не то, что можно было бы считать достижением на фоне таких блестящих родителей. И вообще, лучше быть ниже травы, тише воды. Когда ты, вот так ничего не достигшая в этой жизни, приходишь к отцу в кабинет сообщить о том, что разбила машину. А мама категорически отказывается тебя покрывать и хотя бы попытаться поговорить с обожающим ее отцом вместо тебя.