Конечная станция

Моника влетела в вагон за две минуты до отправления поезда. Усевшись на мягкую синюю скамью у окна, напротив девушки с огромными зелеными глазами, она перевела дух и высвободила ноги из узких туфель на тонком каблучке. Туфли были неудобными и стесняли движения.

Не хотелось ей ехать в эту командировку. Но шеф решил послать именно ее — молодую, перспективную работницу. Перенимать опыт у коллег.

Нет, вообще-то Моника любила путешествовать. Но путешествие для нее всегда означало неожиданности, случайные знакомства, нечаянные радости, непредсказуемость. И еще — легкую грусть в конце путешествия. И еще — легкие кеды, попутные машины, а если поезда, то не такие голубые стерильные вагоны с мягкими сидениями и удобными столиками, а старые, видавшие виды, с деревянными скамьями. Поэтому Моника никогда не ездила в дома отдыха и на групповые экскурсии: в таких путешествиях все строго по расписанию, все предсказуемо. Впрочем, однажды она поехала с подругами на море, в дом отдыха, но через несколько дней не выдержала, сбежала и пустилась путешествовать по разным городам, большим и маленьким. Это было лучшее ее путешествие.

— Далеко едете? — улыбнувшись, спросила зеленоглазая девушка. Эта милая улыбка и большие глаза притягивали и располагали к себе.

— В Ситт, в командировку.

— Далеко. Долго ехать. А поезд со всеми остановками. А я, как назло, почитать ничего не взяла. Впрочем, мне не так долго ехать. До Висты.

— В гости? — спросила Моника. Видно было, что собеседница настроена на общение.

— Домой, к родителям. Я ж деревенская, — засмеялась девушка. — В городе учусь.

— Каникулы начались?

— Да кончаются уже! Все никак вырваться не могла. Знаете, как бывает… Дела, встречи разные. Большой город все-таки. Это у нас в провинции тихо и скучно. Да, скучно, потому и езжу редко.

— А после учебы вернуться не собираешься?

— Ой, что вы? Что я там буду делать? Я ж на актерском учусь. А у нас в городке один театр, и тот… Актеры все пожилые, после спектакля возвращаются к своим огородам…

— Значит, не хочешь на родную сцену?

— Ни за что. Я вообще о кино мечтаю. Да, о большом экране… Вот бы в Голливуд! Там — настоящая жизнь. Представляете, если бы меня пригласил сам Палантино! Это моя самая большая мечта. И знаете, я чувствую, что так и будет.

Моника даже позавидовала такой вере в свою мечту и такому фанатизму. Она задумалась: а у нее есть, или была ли такая мечта? Нет, ей далеко до этой провинциальной девочки. Пожалуй, никогда она не поймет до конца таких, как она.

Жизнь Моники складывалась как-то даже слишком удачно. Во всяком случае, друзья и знакомые считали, что она родилась в рубашке. Ей везло: родилась в столице, и ей не надо было отвоевывать свое место в этом средоточии благ, в отличие от многих подруг по университету. Ее родители работали преподавателями в этом университете, и конечно же, после школы она сразу же поступила, так сказать, пошла стопами предков. Но только она знала, что поступила на эту специальность потому, что не хотелось огорчать родителей, которые возлагали на единственную дочь большие надежды. Потом Моника без проблем устроилась на работу в рекламную фирму, и вот уже пятый год она там, как говорится, на хорошем счету. В общем, к тридцати годам у нее было многое: образование, хорошая работа, возможности карьерного роста, стабильная зарплата, квартира в столице, друзья, с которыми она проводила свободное время, молодой человек, за которого, возможно, она скоро выйдет замуж… О чем еще можно мечтать? Моника знала, что некоторые менее удачливые знакомые завидовали ей. Но ведь они не знали, что работа не приносит Монике удовлетворения, что она одевается не так, как ей нравится, что ей душно в этом большом пыльном загазованном городе, который она, собственно, видит только в часы пик — по дороге на работу и с работы и в обеденный перерыв. Никто не знал, что иногда Монике становилось страшно от того, что так вот она и просидит до пенсии в своей конторе. Ей казалось, что она непременно что-то пропустит, не увидит чего-то важного. И никто не знал, что иногда ей невыносимо хотелось прыгнуть в первую попавшуюся электричку и уехать в любом направлении, не зная, на какой станции она выйдет и что ждет ее там.