Кому война, а кому мать родная (СИ)

«Твою мать!», — успел подумать я перед тем, как висок пронзила боль и наступила тьма. Вот так вот неудачно лампочку поменял. Глупо вышло: удар током и полет с табуретки. Стоило всё-таки стол по-другому поставить, да чего уж там. Как вышло, так вышло.

— Живой?! — раздался вопль прямо в самое ухо, что само по себе было уже весьма удивительно.

— Да, вроде, — тьфу, откуда во рту песок?

— Держись, дроиды наступают.

Чего? Какие, к чертовой матери, дроиды? — успел подумать я, и тут меня накрыло воспоминаниями. Вот меня (ну, вроде бы, меня) маленького забирают от мамы какие-то типы в балахонах. Черт, на джедаев похожи, — отмечаю я-прежний. А вот маленький неофит, он же юнлинг Инари Сабази, сидит и слушает лекцию по истории ордена джедаев. Вот это глюки, но надо отдать им должное, натурализм и складность — поразительные. Я не просто кино смотрю, я его полноценно проживаю. Гудит голова от объема запихиваемых в нее многомудрыми наставниками знаний, ломит тело от многочасовых тренировок. И красной нитью во всё более быстром потоке воспоминаний Инари проходит Великая Сила. Она есть во мне и разлита вокруг, она везде, пронизывает все — непередаваемо. Как невозможно от рождения слепому уяснить концепцию цветов, так нереально неодарённому понять, что же такое Сила.

Вот и последние воспоминания — Джеонозис. До этого был прорыв на планету, полный идиотизма марш-бросок по открытой местности от разнесенного аванпоста и подорванных орбитальных орудий. Сама резня дроидов, устроенная магистром Винду, была образцово-показательна, но после такого шума надеяться, что о нас не знают, было полным идиотизмом. Неудивительно, что нашего лидера весьма невежливо из ложи главы совета КНС выперли, попутно чуть не поджарив, а на нас заранее подтянутые поближе к арене дроиды толпами повалили.

Мой предшественник был падаваном рыцаря-джедая, трудившегося в архивах и в библиотеке. Парнишке нравилось вдыхать пыль древних фолиантов и просиживать сутками за терминалом. В этом плане мы с ним были похожи. Оба предпочитали за хорошей книгой время провести или что-то образовательное поглядеть. Нелюдимые домоседы — это про нас обоих сказать можно. Вот только Инари пару лет назад во время медитации видение посетило. Увидел он, как ему в лицо бластерный заряд прилетает. Юноша, всего-то пятнадцать лет ему на тот момент было, решил судьбе воспротивиться и начал усиленно тренироваться. Налёг на техники Силы, в частности, барьеры и третью форму фехтования Соресу. Она как раз была хороша для защиты, причём не только от выстрелов, но и против одаренных отлично себя показывала.

Увы, несмотря на всю эту подготовку, от судьбы предшественник так и не ушёл. Верней как, он довольно бодро держался, до тех пор, пока не получил в грудь выстрел из звуковой пушки джеонезийцев. К сожалению, блокировать такое мечом было невозможно, но Инари чисто рефлекторно попытался, рассчитывая, что его броня Силы удержит пару-другую выстрелов. Что ж, пяток выстрелов она выдержала, а вот взрыва от разрубленного оружия аборигена — уже нет. Дроиды, видимо, были не совсем тупыми, во всяком случае, что-то вроде контроля по отлетевшему телу провели. Может, конечно, и случайно вышло, но результат, один чёрт, печальный. Падаван Инари Сабази погиб в семнадцать лет на арене Петранаки, а в его тело попал землянин. Короче говоря — классический попадун или, в данном конкретном случае, вселенец.

Пока проживал чужую жизнь, умудрялся думать и, главное, особого дискомфорта не испытывал. Но вот последние мгновения — это было очень больно. Настолько, что я даже ненадолго сознание потерял. Лучше бы в беспамятстве и оставался — констатировал очевидное, очухавшись. Левый глаз ничего не видит, да и вообще вся эта половина лица буквально огнем горела. В грудь и брюхо тоже пару зарядов словил, но тут получше: повреждения, конечно, серьезные, но для одарённого — не смертельные. Инари в свое время озаботился нательным бельем из бронеткани. Похоже, он вообще был излишне осторожен, а по меркам джедаев — даже трусоват, правда, по мне, так это было здравомыслие и разумная предосторожность. Хорош валяться — мысленным усилием давлю все негативные ощущения и беру наконец контроль над телом. Ничего так, нигде не жмет и вообще «костюмчик» полностью как родной.

— Мы не станем предметом торга! — о, в кино, вроде бы, Винду то же самое вопил, то-то, думаю, пиу-пиу не слышно было.

— Мне жаль, старый друг. Убить их!