Комар. Рука Мертвеца (СИ)

На школьной поляне, мальчишки, разбившись на две команды, играли в футбол.

Команды были неполные; по четыре игрока, да вратари на воротах. Почти все игравшие одногодки, учащиеся восьмых классов местной восьмилетки. И только двое были постарше: Толька Иванов, на год, и Вовка, мой сосед, одноклассник и второгодник, на два.

Шла последняя неделя мая. До каникул оставалось совсем немного.

Азарт игры полностью захватил мальчишек, и то, что в воротах не было сеток, а на поляне не было травы, и не свистели с трибун болельщики; всё равно — они ощущали себя настоящими футболистами, на самом настоящем стадионе. Так погрузиться в игру могли только дети, да они и были детьми, большинству из них не было и пятнадцати.

Поляна, одним краем выходила на проулок, а другим упиралась в заборчик детсада.

С одной стороны шли огороды, а с другой, через забор, дорогу и ещё один забор, была школа.

От детсада, к игрокам, шёл, слегка покачиваясь, молодой мужчина.

Это был Мишка Раевский, лет пять назад отучившийся в нашей школе. Среди футболистов, был его младший брат, Андрей; мой одноклассник.

Подойдя поближе, и перехватив пас, Мишка повёл мяч, включаясь в игру.

Мальчишки, всем своим видом выражая недовольство, пытались отобрать у него мяч, не втягиваясь с ним в игру.

Не получилось!

Ведя мяч, он наткнулся на Вовку и, обыгрывая, оттолкнул его.

— Ну ты! Иди куда шёл! — выкрикнул Вовка, остановившись перед ним и не пропуская.

Мишка остановился, и взглянув на Вовку, и улыбнувшись — Да ладно! — хотел продолжить игру.

Но уже подтянулись другие мальчишки с возгласами — Кончай! Не мешай играть, ты! Проваливай!

Андрей Раевский, побледневший и испуганный, стоял чуть поодаль.

Вовка, почувствовав поддержку, подскочил к Мишке и замахнулся.

Но тот, чуть отстранившись, толкнул его и Вовка покатился кубарем.

Этот толчок сработал, как спусковой механизм.

В драку ввязались четверо: Сашка Потанин, Толька, Вовка и Цист.

Цист — это кличка моего одноклассника, Вовки Снегирёва.

Остальные, расступившись и образовав полукруг, медленно двигались за дерущимися.

Поначалу, Раевский лишь отмахивался и уворачивался от наскакивавших на него пацанов.

Мальчишки же стараясь достать отступавшего все разом, мешали друг другу, сталкиваясь, спотыкаясь и даже падая. Со стороны это выглядело даже комично, но никто не смеялся.

Толька Иванов руками драться не умел, но подпрыгивал и очень сильно лягался ногами.

Наконец, Вовка, отделившись от дерущихся, перемахнул через забор и, подхватив с земли палку, попытался ударить Раевского сбоку через штакетник. Тот, заметив его манёвр, резко отпрыгнул в сторону, и отступая вдоль забора, выдернул штакетину.

По случайности попалась штакетина не прибитая, а лишь приставленная к забору и закрывающая дыру в нём.

Выставив палку, и поведя ею из стороны в сторону, он остановил нападавших.

Замешательство длилось секунду и, в следующее мгновение, затрещала ломаемая древесина, и противно скрипели выдираемые гвозди.

Мальчишки выламывали штакетник!

Сашка Потанин, выбив ударом ноги штакетину, и размахивая ею, первым набросился на Раевского.

Цист и Толька, у которых в руках были только обломки, не могли подступиться, не рискуя попасть под свистящие в воздухе палки дерущихся.

Дальше, как в замедленной съёмке: Раевский, замахнувшись, как мечом, опускает палку ребром на голову Сашки, а тот, перехватив свою в жёстком блоке, плашмя, поднимает над собой и, втянув голову в плечи, приседает.

Хрясь!

У Сашки в руках обломки, но удар ослаблен и, от толчка, он лишь падает на спину!

Перекувырнувшись через голову, вскакивает и пару секунд удивлённо смотрит на обломки.

Эти секунды были настолько жуткими, что замерли все, затаив дыхание.

Раевский бросил палку и одним рывком перемахнул через забор!

Вовка, испугавшись, что Мишка наброситься на него, чесанул вдоль забора так, что пятки засверкали!

Перепрыгнув через забор, мальчишки снова насели на отступавшего к школе Раевского.

Вслед за ними, просочились через забор и мы.

Хмель улетучился, и видя ожесточённость, и озлобленность наседавших пацанов, Раевский стал отвечать ударами на удары.

Вот, зажав нос, остановился Толька Иванов!

А следом, и Цист, охнув и захромав, опустился на одно колено, обхватив ногу.

И только Сашка, ловко уворачиваясь от ударов, продолжал драться один на один!

Мишку злило, что пацан не убегает, а лишь отступает, сопротивляясь.

Вернулся Вовка, но школьным двором, и подбежав к забору, и вскочив на перекладину, заглянул за угол школы.

Сашка и Раевский дрались у крыльца.

Вовка спрыгнул, подобрал с земли обломок кирпича, и снова вспрыгнув на забор, и перегнувшись, метнул обломок за угол левой рукой, целясь в Раевского.

Мимо!

Второй обломок чуть не попал в Сашку!

А третий, описав дугу, попал в голову Раевского!

Обхватив голову руками, Мишка оседал, а сквозь пальцы сочилась и капала на землю кровь.

Увидев кровь, Вовка рванул наутёк!

На крыльцо, из школы, выскочил Пётр Демьяныч, завхоз и муж моей первой учительницы.