Командор ордена

Андрей ЛЕВКИН

КОМАНДОР ОРДЕНА

Фантастический рассказ

На улице ветер, лязгает вывеска на доме, где живет булочник, а щели в окнах Иоганн, разумеется, законопатить не удосужился, и ветер гуляет и по комнате, шурша мусором в углах, искривляя пламя свечи. Командор ордена... кутался в старый, когда-то парадный плащ и поминутно дышал на руки. Кончив писать, подсушил текст песочком, встряхнул лист и свернул его в трубку. Снег покроет поля королевства в третьей декаде, война на пороге не переминается, а вот наследник - на горе охотникам до дармовой выпивки возникать не собирался. Составление отчета о предстоящем месяце не требовало от командора никаких умственных затрат. Выгляни в окно, определи положение Собачей звезды, вспомни, какое сегодня число, сделай еще несколько подобных пустячков, а там - умножай, складывай да подставляй в формулы из справочника Альберта Великого.

- Иоганн! - он позвал слугу и, когда тот, наконец, объявился, передал гороскоп, - во дворец!

Иоганн убыл.

Кошмарные сквозняки, задувало под плащ. Командор подошел к камину, огонь едва теплился. Подкинул поленьев. Устроился на табурете, встал, придвинулся совсем вплотную к огню, протянул вперед руки и принялся сгибать и разгибать пальцы. Грелся и пытался сосредоточиться. Сегодня предстояла еще работа очень серьезная.

- Да, - скривил он губы, - сорок скоро, а отравлять так и не выучился. Ну да ладно, оставим сие узким специалистам. Мэтру Рене. А ведь на публику старикашка старался, сплетен-то сколько... И этот пафос, и любовь к дешевым эффектам. "Одиннадцать священно, двадцать два - стократ. Коф, бэт, ламэд: коф - двадцать, бэт - распространение могущества". Что с него, парфюмера, взять.

Вроде согрелся, сидел, щурился, глядел на огонь. По улице проследовала стража. Дело к полночи. Хлопнула дверь.

- Иоганн?!

Вошел слуга.

- Какая приятная неожиданность! Вы стали исполнительны? Или еще не ходили?

- Ходил. Я вернулся, мессир. Я спешил.

- Ну, спешить-то зачем. Там вас запомнили, наконец?

- Кажется, мессир.

- Видите, как прекрасно, господин бывший живописец? Первый успех на новом поприще. Вас узнают во дворце - уверяю вас, это не мало. И лицом посвежели. Или это здесь просто свет плохой?

- Посвежел, мессир.

- Вот видите. Затопите печь внизу, я сейчас спущусь. Быстро.

Как все же этот мир странно устроен. Либо слуга культурный, либо в доме порядок. Первое, как ни странно, предпочтительнее, предыдущего только вспомнить, бррр... Работать пора, вот что. Работать пора, а начать боюсь. Кто, я? Боюсь? А что? И боюсь...

Вздохнул, поднялся, подошел к книжной полке, извлек громадный фолиант в замусоленном переплете, с многочисленными закладками и разрозненными вложенными листами. Подхватил книгу под мышку, вышел из комнаты, узким коридором прошел к лестнице, начал спускаться. Лампа на лестнице коптила вовсю. Спустился до низу, отворил дверь и оказался в небольшом, смахивающем на кухню, помещении, большую часть которого занимала плита тоже вполне обычная. Вдоль стен - полки, заставленные склянками с разноцветными жидкостями; коробочки, пакетики. В дальнем углу притулился верстак, рядом с ним стояли шкаф и маленький столик, под потолком болтались подвешенные на веревке пучки сухих трав. Печь уже гудела, и из жерла валил поток жара.

- Славно... - сказал командор в никуда.

Иоганн поднял голову, обернулся, но, убедившись, что обращаются не к нему, принялся ковырять дрова кочергой.

Командор пристроил свой фолиант на столике и посмотрел на слугу. Тот, возле самой печи, взмок, лоб блестел, руки... руки вроде бы чистые, то есть в саже, но красками не заляпаны. Значит вот так. Чему, интересно, он внял? То есть, при чем тут - внял? Или испугался угроз, или тепло тут и сытно, и работы - часа на три в день. Вот так вот. А то все - творчество, творчество, тяга, никто не может, не сможет порвать с этим своим творчеством. Ладно сказки-то рассказывать.

- Хорошо, Иоганн, - сказал он, - достаточно. Давайте это.

Иоганн вышел. Командор ходил вокруг плиты. Отошел к столику, пролистал книгу, отыскал требуемую страницу, пробежал ее глазами, заложил ножом. Слуга вернулся. В руках он держал железный сосуд, плотно закрытый крышкой.

- Поставьте на стол. Так. Ступайте. И займитесь, наконец, лампой на лестнице. Коптит.

Слуга вышел. Командор стянул с плеч плащ, отшвырнул его куда-то в угол и подошел к столу. Вздохнул, решительно протянул руки и снял с сосуда крышку. В сосуде был мозг.