Кольца вероятности

Он метнулся по темной ночной аллее и, проскочив под низко склонившимися ветвями деревьев, выбежал на открытое место. Из полумрака выступили очертания какого-то памятника. Сидевшая на краю мусорного контейнера бездомная кошка проводила его настороженным взглядом и негромко фыркнула.

Прислонившись спиной к холодному пьедесталу и лихорадочно шаря глазами по этому проклятущему парку, он с трудом перевел дыхание. Многокилометровая гонка вымотала все силы. Понимая, что у него есть всего несколько минут, беглец первым делом ощупал карманы своего поношенного пиджака и успокоенно вздохнул. Сверток был на месте. Дважды он уже чуть было не потерял его. Если сверток выпадет, то неизбежно попадет в руки Отколовшимся… При одной только мысли об этом его охватывала нервная дрожь.

Где-то за деревьями маняще мелькали в ночи светящиеся пятна окон многоэтажек. Маленький российский городок, названия которого он не знал, спокойно спал, не зная, что на его улицах решается судьба одинокого курьера, противостоящего непостижимой силе измененной вероятности.

Надо было взять билет на самолет. Тогда не пришлось бы носиться по этим проклятым улицам, в ужасе тыкаясь в каждую щель. Как мышь, за которой гонится кошка.

Он слабо улыбнулся своим мыслям, понимая, что просто не имел права подвергать риску ношу, отправляясь в Москву по воздуху. Самолет слишком легко можно сбить. Железнодорожный транспорт считался менее уязвимым для воздействия колец, чем воздушный. Но даже поезда не могли противиться силе изменяющейся вероятности.

Слепая случайность. Всемогущий бог в этом проклятом мире.

Когда начинался его путь в далеком прекрасном Токио, их было пятеро. Пятеро, каждый из которых готов был отдать свою жизнь ради того, чтобы сверток попал в Москву. Во Владивостоке их было уже трое. В Тюмени – двое. А вчера он остался один – его последний спутник погиб под пулями высланных в погоню охотников. И только чудо помогло ему самому живым выбраться из той заварушки. Только чудо.

Чудо или Кольцо вероятности?

А до конца путешествия оставалось еще больше двух тысяч километров.

Где же допущена ошибка? Откуда они узнали, что кольцо у нас? Сейчас гадать уже бесполезно. Оставалось только одно – приложить все силы, чтобы соотношение сил осталось прежним. Шесть против одиннадцати.

Всего два часа назад он дремал в своем купе, искренне надеясь, что оторвался от преследователей. Но когда поезд начал замедлять свой ход, чтобы остановиться на станции, отсутствовавшей в его расписании, а проводник принялся что-то мямлить о неполадках, он мгновенно понял, что это значит.

Охотники находились рядом.

Бросив все свои вещи, он выскочил на платформу и метнулся в сторону далеких огней города в надежде выиграть хоть несколько минут. И вот теперь он здесь. Здесь, в тени какого-то памятника…