Колонист

Челнок спускался по спирали, пересекая и дневную и ночную стороны планеты. Было ли это простой прихотью пилота или может какие-то атмосферные явления стали причиной столь замысловатой траектории, оставалось загадкой. Но пассажиры, большинство из которых были тут впервые, остались благодарны за незапланированную экскурсию.

Глебу нравилась эта планета, её густые тропические заросли и бесконечные белые полосы песчаных пляжей, переходящие в голубую гладь океана. Чистый воздух, небо, лишенное озоновых дыр, мягкий климат, без явных смен сезонов, а если добавить в этот список полное отсутствие вредоносной для человека флоры и фауны – Вилайя была прекрасна.

Поселений и промышленных производств на планете не было, что делало её втройне привлекательнее для жителей большинства миров исследованного космоса. Если проблема перенаселения для людей отпала сама, после окончания Великой войны, то уровень загрязнения атмосферы планет, освоенных ещё до войны, во многих случаях был критичен.

Действительно, двести лет назад, люди нашли рай. Правда нашли его перед окончанием самой кровопролитной войны в истории человечества, войны за планеты пригодные для жизни, которых в космосе оказалось совсем немного. Так что Вилайя стала своеобразным символом мира и обладала особым статусом. Здесь не было постоянного населения, лишь спортсмены, прибывающие на соревнования, и персонал администрации.

Челнок спустился ниже облаков, представив взору пассажиров сочный зеленый ковёр джунглей с синими полосками рек, кляксами озёр и водопадов.

Наверное, он даже мог бы её полюбить…

Глеб почесал небритый подбородок и, тяжело вздохнув, отвернулся от иллюминатора. Никогда он не полюбит Вилайю, планету, где стартуют соревнования колонистов. Райское место, где все счастливы и веселы, но только до начала состязаний.

Челнок заложил крутой вираж и стал снижаться над затаившимся в джунглях Центром Дружбы. Комплекс был построен лет сто назад, может чуть больше и состоял из системы роскошных невысоких зданий. Все строения были выполнены исключительно из редкого лемарийского мрамора – белого камня, днём впитывающего свет здешнего солнца и отдающего его по ночам в виде зелёно-голубого свечения. Эта особенность дала неофициальное название Центру – «Светящийся город», которое за прошедшее время несколько изменилось в обиходе и сократилось до банального «Светлый».

На посадочной площадке, расположенной рядом с администрацией, их уже встречали жадные до сенсаций репортеры. Делегация крупнейшего в исследованном космосе государства не могла прибыть на соревнования незамеченной.

Каплевидный космический аппарат коснулся посадочными стойками покрытия и замер, издавая легкое жужжание антигравитационными двигателями. Немного погодя, дав репортёрам запечатлеть во всей красе новейшую разработку, открылся боковой шлюз, выпуская из недр челнока трап.

Прибытие российской команды всегда сопровождалось параллельной демонстрацией какой-нибудь технической новинки. А учитывая отсутствие внятной системы в периодичности соревнований, интервал между сезонами мог достигать и пяти и десяти лет, инженерам было чем похвастать. Например, на прошлых состязаниях был продемонстрирован антигравитационный планетарный двигатель, а теперь вот космический аппарат малого класса, способный самостоятельно осуществлять межзвёздные перелёты.

В современном мире технологии передавались между государствами. После войны это уже было вопросом выживания человечества, но продемонстрировать, кто первым изобрёл то или иное чудо техники – дело святое.

Глеб поправил воротник лёгкой белой рубашки, закинул на спину старомодный рюкзак и вышел на улицу. Тёплый ветер пробежался по коже и немного растрепал светлые волосы. Воздух, наполненный сотней ароматов, от приторно сладкого фруктового, до солоноватого морского, был непривычно чистым, так, что немного закружилась голова.

Оставшиеся трое спортсменов вышли на белую поверхность посадочной площадки вслед за капитаном. Нужно отдать им должное, перед десятком камер и автоматических новостных дронов они стояли как каменные изваяния, не проявляя эмоций. Хотя сдерживать восхищение им было сложно – ребята попали на Вилайю впервые, а кто-то, скорее всего, и в последний раз.

Команда колонистов – четверо спортсменов, которые будут состязаться с представителями других государств, претендующих на победу в этом сезоне. Их провожали и встречали как героев, их готовили к этим состязаниям, используя потенциал всех планет государства.

– Господин Щербаков, пара вопросов для Объединенного канала, – воскликнула миниатюрная рыжеволосая девица в строгой форме информационного агентства Объединенного человечества.

– Простите, устал после перелёта, – отмахнулся он.