КОЛЛЕГИЯ. ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ

2020 год. Тегеран. Иран

Отложив в сторону отчет с раскопок в гроте Красной скалы, полковник Рахани сделал глоток чая и с довольным видом откинулся на спинку кресла. Хвала Всевышнему! Какая удача. Чистая случайность вывела его на след, который он искал всю жизнь. Теперь, когда ниточка у него в руках, он ее не выпустит. Он размотает ее до конца. Там, в самом конце, может лежать величайшее открытие в истории археологии.

Полковник встал и, потирая руки от волнения, прошелся по кабинету. Ему вдруг стало тесно в этом офисе. Его душа рвалась туда, в пустыню Деште-Кевир, в грот к наскальным надписям, к глиняным черепкам и медным артефактам. И к пентаграмме. Но еще не время. Нужно дать археологам спокойно делать свое дело.

Чтобы немного успокоиться, он подошел к окну, открыл его и сделал несколько глубоких вдохов свежего весеннего воздуха.

Сзади чуть слышно открылась и закрылась дверь его кабинета.

– Я просил меня не беспокоить, – бросил он, не оборачиваясь.

От двери не донеслось ни звука. Если это были его помощник или секретарь, они бы уже давно сказали, зачем пришли. Рахани резко обернулся. В дверях стоял седой человек средних лет с аккуратно постриженной бородкой, контуры которой выгодно подчеркивали волевые черты его лица.

– Профессор Рахани, – спокойно произнес посетитель, поймав глаза хозяина кабинета своим стальным взглядом.

– Вы? – полковник сглотнул внезапно образовавшийся в горле жесткий комок и поднялся из-за стола. Он узнал того, кто без стука зашел в его кабинет. Визит главы Аль-Кудс1 генерала Касани не предвещал ничего хорошего.

– Вы удивлены? – холодно улыбнулся генерал, не дожидаясь приглашения, прошел в кабинет, сел за стол переговоров и жестом указал хозяину на кресло напротив.

– Честно сказать, да, – немного растерянно кивнул тот.

– Неужели? – Касани обвел взглядом кабинет. – А у вас тут уютно. Видно, вы получаете неплохое финансирование. Как давно вы руководите Институтом стратегических исследований при Высшем национальном оборонном университете?

– Не поверю, что такой человек, как вы, пришел сюда, не изучив мое досье, – полковник собрался и в ожидании серьезного разговора сел напротив.

– Верно подмечено, – скупо улыбнулся генерал. – Но нужно же было мне с чего-то начать нашу беседу. Мои люди, кстати, часто пользуются материалами вашего института. Честно скажу, вы тут не напрасно едите свой хлеб.

– Спасибо. Так что же вас привело ко мне?

– Закажите-ка нам чая. Разговор у нас может быть долгий, – генерал подождал, пока Рахани отдавал распоряжения секретарю, и продолжил: – Скажите, полковник, кто санкционировал силовую операцию, которую вы в 2003 году провели в Национальном музее Багдада?

Поняв, о чем идет речь, полковник как-то сразу сник и опустил глаза.

– Если честно, я удивлен. Нет. Я просто поражен, – продолжил Касани. – Как вы, человек без специальной подготовки, в те годы молодой ученый, смогли организовать в столь короткое время операцию такого уровня сложности. Если бы случайно в этом деле ваши контакты в Багдаде не задействовали одну из моих спящих ячеек, я бы вообще ничего не знал. Вы в курсе, что тогда в музее положили десяток английских наемников?

– Я сожалею, что так получилось.

– Вы сожалеете о гибели десятка врагов?

– Нет. О том, что была привлечена ваша ячейка.

– Не в ячейке дело. У меня там таких сотни, – генерал подождал, пока секретарь поставит на стол поднос с чаем, взял стакан и пригубил напиток. – Правда, именно эта была действительно неплохо подготовлена. Но ничего. Их наказали за то, что высунулись без приказа. Потом они отсиделись по норам и через месяц снова пошли в бой. В тот момент мы правда не знали, что они работают на вас. Меня интересует, как вы это все организовали отсюда? – он окинул взглядом кабинет.

– Если вы читали мое досье, то знаете, что в то время я руководил археологической лабораторией в университете. По работе мне приходилось много общаться с зарубежными коллегами. В том числе с руководством Национального музея Ирака. Знаете, истории наших народов сильно переплетены. Так вот, когда стало ясно, что Багдад падет, я попросил его о любезности взамен убежища для него и его семьи в нашей стране. Сам он не смог выполнить мою просьбу, потому что был уже на нашей границе, но через свои контакты в Мухабарате2 пообещал, что все сделает.

– Чем он рассчитался с оперативниками Мухабарата?

– Дал им коды замков от хранилищ с ценностями.

– Понятно, – нахмурившись, кивнул генерал. – А теперь главный вопрос. Что вас интересовало тогда в хранилище багдадского музея? Не поверю, что это была какая-нибудь золотая статуэтка.

– Я историк. Археолог. Интересуюсь артефактами древности, – полковник отвел глаза в сторону.