Когда закончится осень

Переводчик: Дмитрий П.

Редактор: Виктория К.

Вычитка и оформление: Виктория К.

ДЖЕННА

― Еще одна единственная подпись ― и все это твое, ― сообщил Говард, адвокат, представляющий интересы моей тети Лизы.

Устало вздохнув, я нацарапала свое имя, кажется, в сотый раз за минувший час. Возможно, это безумие, что я не продала обветшалый дом с семью спальнями, выполненный в викторианском стиле, который достался мне в наследство от двоюродных бабушки и дедушки? Если бы вы задали этот вопрос моей семье и жениху, их ответ был бы утвердительным, но они никогда не разделяли моей мечты о том, чтобы владеть небольшим милым отелем в причудливом крохотном городке Нью-Джерси, где я провела столько лет. Мои родители полагали, что я взваливаю на себя больше, чем смогу осилить, а мой жених, Брэд, не понимал, как мы будем разруливать все это, когда поженимся, так как наш нынешний дом и его работа находились в двух часах езды отсюда.

Истина заключалась в том, что каждый день порождал во мне все больше сомнений по поводу того, как все это должно выглядеть, Но, с тех пор, как меня уволили с должности редактора в одном из крупнейших издательств в Нью-Йорке, я страстно желала перемен в своей профессиональной и, как я не пыталась это отрицать, личной жизни. Брэд являлся выгодной партией ― преуспевающий адвокат, что крайне нравилось моим родителям, а, следовательно, только усугубляло ситуацию.

Моя сестра была тому подтверждением. Несмотря на то, что она уже семь лет замужем и обзавелась двумя детьми, мать все еще не одобряла ее выбор спутника жизни. Он относился к моей сестре словно к королеве и являлся превосходным отцом, но все это не имело никакого значения при отсутствии высокого положения в обществе. Он не был ни врачом, ни адвокатом, и даже не имел собственного бизнеса. Вместо этого не пропускал ни одного школьного мероприятия моих племянниц, возил их на кружки, помогал им с домашними заданиями, ухаживал за ними во время болезни, выпекал кексы для утренников и готовил вкуснейшие ужины, которые всегда ждали мою сестру на столе, когда та возвращалась с работы. Это было их совместное семейное решение, принятое, когда моя сестра забеременела. Она не стремилась отдавать детей в детский сад, но так как, работая редактором одного из модных журналов, являлась главным кормильцем в семье, мой шурин забыл о своей карьере педагога, отдав всего себя заботе о дочерях. Моя же мать при любом удобном случае старалась упрекнуть его этим, не желая изменять своим консервативным взглядам и признавать, что в современных реалиях это является вариантом нормы.

Для нее в Брэде заключалось все, чего не доставало моему шурину, за исключением сострадания, заботы и, как мне стало казаться в последнее время, верности. Но он умел вести дела и зарабатывал деньги, много денег, а для моей матери только это и имело значение.

Я не рассматривала происходящее как неудачную инвестицию или период, позволяющий мне выйти из зоны своего комфорта, как это видел Брэд. Я видела в этом способ начать новую жизнь, возможность следовать своим мечтам. Теперь я гордо носила звание владельца этого дома. Моя тетя Лиза и дядя Лу содержали его со всей душой и успешно справлялись с этим, пока моего дядю не настигла смерть несколько лет назад, а вскоре заболела и моя тетя и была вынуждена отправиться в дом престарелых. Этот дом являлся смыслом их жизни. Они так и не обзавелись собственными детьми, и я была ближе к ним, к чем своим бабушке и дедушке. В дополнение к дому они оставили мне так же приличную сумму денег, чтобы я вложила их в содержание и развитие этого места. Так что, в каком-то смысле, я чувствовала себя обязанной вернуть их детище к жизни и сделать так, чтобы они могли гордиться.

― Вот ключи, дорогая. ― Говард с улыбкой вложил мне в ладонь связку ключей на блестящем кольце.

― Ну что ж, я полагаю, что теперь я серьезная домовладелица… или, если поинтересоваться мнением моих родителей и жениха, недальновидная горе-предпринимательница.

Моя кровь вскипала лишь при воспоминаниях о том, сколько раз Брэд смеялся надо мной, отпуская свои колкие замечания.

― Это довольно затратный урок, но я надеюсь, что тебе все-таки удастся вернуть деньги, вбуханные в него, к тому моменту, когда поймешь, что это не твое.

Я терпеть не могла, когда он говорил со мной так, словно перед ним его двенадцатилетняя дочь Софи. Но стоит отметить, что даже с ней он не говорил таким тоном. Брэд лелеял ее, приберегая чтение нотаций для меня.

Говард собрал бумаги со стола, прежде чем отправить их в портфель.

― Докажи, что они заблуждаются. Как по мне, у тебя все неплохо спланировано.

― Наверное. Думаю, что, всецело отдавшись работе, не жалея пота и слез, мы подготовим это место к открытию к летнему сезону.

― Ловлю тебя на слове. Мы с женой заглянем сюда через восемь месяцев, чтобы отпраздновать сорок лет совместной жизни.